- Ради этого вы их пытаете? Испытывая такие муки, кто угодно захочет смерти.

 Демон кивнул:

 - В целом ты права. Но тебя удивит, насколько некоторые жаждут жить. Во что бы то ни стало.

Ева посмотрела на Самаэля. Почудилось или эти слова, в самом деле, адресованы ей?

– Ты, наверное, хочешь пить.

Демон, как фокусник, вынимающий кролика из шляпы, вытащил из воздуха бутылку минеральной воды. Ева с благодарностью взяла предложенную воду.

 - Не пей много, станет плохо, - предупредил Самаэль.

Подобная отеческая забота вызвала у Евы приступ смеха, и она чуть не подавилась. Демон списал это на жажду и отобрал бутылку, пообещав вернуть ее позже.

Ева, осмелев, спросила:

– В чем смысл нашей прогулки? Что это: демонстрация достопримечательностей или акт устрашения?

 - Ни то, ни другое, - Самаэль хитро улыбнулся, - у нашего пути есть конкретная цель. Кстати, вот и она.

Демон указал вперед. Поначалу увиденное Еву не тронуло. Она уже смирилась с видом истязаемых душ. Тем более что помочь ничем не могла.

 - Присмотрись внимательнее. Никого не узнаешь?

Ева последовала совету демона. К ее ужасу в одной из душ, подвешенных над адским костром, она признала маму. Вокруг нее уже появились всполохи голубого сияния, а значит, она была готова сдаться. Ева сама обрекла ее на страдания. Ведь мама приблизилась к стенам Дома ради разговора с ней.

 - Отпусти ее! Немедленно! – потребовала Ева.

 - Или что?

– Или, или…, - она судорожно искала, чем сломить сопротивление демона, - или я никогда не открою седьмую печать.

 - Мне казалось, ты и так не намерена это делать, - напомнил Самаэль.

Еву загнали в угол. Если она откажет демону, он продолжит морить ее голодом, но это она выдержит. Теперь же от ее решения зависело существование души ее матери. Не так уж безнадежно плоха была Лиза, чтобы наказывать ее столь жестоко. Все обиды на мать отступили на второй план. Какими бы не были родители, дети всегда будут их любить.

– Мама! – Ева бросила к Лизе, но каратель преградил ей путь. Тогда она обратилась к Самаэлю: - если ты ее отпустишь, я открою книгу.

 - Хм, - он притворился, что обдумывает предложение. – Не уверен, что я могу тебе доверять. Мы поступим так: ты откроешь книгу, а после я отпущу твою маму.

 - И все это время ты будешь мучить ее!
– возмутилась Ева.

 - Потерпит.

 - Что если она умрет?

 - Давай надеяться, что этого не случится. Иначе я не смогу сдержать слово. С моей стороны это будет очень некрасиво.

– Ты чудовище, - заключила она уже без эмоций. Ругаться и кричать не имело смысла. Самаэль четко дал понять: в этой игре ведет он. Скажет: «Танцуй, Ева», и она пустится в пляс.

Глава 4. Похищение

С недавних пор из-за неусыпного контроля фурий собраться вместе стало непосильной задачей. Чтобы проникнуть в библиотеку, где его ждали другие всадники, Алекс прибегнул к хитрости: отправился в соседнюю с библиотекой классную комнату. Он не видел преследующих его фурий. По части маскировки они асы, но и у них есть слабые места. Например, запах. Да, Алекс не мог разглядеть преследователей, зато он чувствовал их смрад. За долгие годы в аду он так и не приспособился к нему. Зато сами фурии, как и демоны, давно привыкли к специфическому аромату и перестали на него реагировать.

Окна классной комнаты выходили на ту же сторону, что и окна библиотеки. Перебраться по карнизу в соседнее помещение было делом техники. У Алекса переход занял несколько минут. Из него бы получился неплохой альпинист.

За закрытыми дверями библиотеки всадники чувствовали себя в безопасности. Здесь они могли спокойно поговорить. Первым слово взял Алекс и поведал о том, что Самаэль упрятал Еву в подземелье.

 - Откуда ты это знаешь? – всполошился Макс.

Алекс не собирался нарушать данное Еве слово, хотя его так и подмывало рассказать «братишке» о событиях в ее спальне. Вместо этого он сказал:

 - Я был неподалеку, когда Самаэль ее уводил.

Вика фыркнула. То ли порицая его за ложь (уж она-то в курсе, где он был), то ли борясь со смехом.

 - Ты можешь выяснить, что задумал твой отец? – поинтересовался Виталик.

 - Отныне я сирота, - мрачно откликнулся Алекс. – Самаэль мне не доверяет. Думает, я с Евой в сговоре.

 - Так и есть, - напомнила Вика.

 - И что с того? Он первым меня предал.

 - Только не надо изображать обиженного сыночка, - скривился Макс. – А то я сейчас расплачусь, глядя на твои страдания.