– Я уезжаю, – сообщила она. – Это недолгая поездка, скоро я вернусь. На этот раз тебе безопаснее остаться дома.

– Нет, – запротестовал он, и сердце болезненно ударило, потому что НЕТ было словом запрещенным. Он хотел быстро выбраться из постели, чтобы успеть собрать вещи, прежде чем она будет готова, но Раен решительно остановила его и покачала головой.

– Ты нужен мне здесь. Ты можешь управлять тем, что происходит в доме. Что сделал бы Макс, не говори ты ему, что он должен делать? И что сделали бы другие, зависящие от его распоряжений? Ты не боишься маджат, обходишься с ними лучше некоторых Контрин.

Это польстило ему, хотя он содрогнулся при одной лишь мысли о маджат. Однако он знал, что это правда, потому что так сказала ОНА.

– Куда ты едешь?

– Вопрос? Ты меня удивляешь, Джим.

– Леди?

– И сразу все испортил, – бесконечно осторожно она откинула его волосы со лба. Этот жест смягчил его боль и чувство вины за огорчение, которое он ей доставил. – Я не могу тебе сказать, понимаешь? Но если я понадоблюсь, свяжись с имением Тела. Спроси компьютер об Исане Теле. Сумеешь это сделать?

Он кивнул.

– Но только в крайнем случае. Понял?

Джим подтвердил.

– Я помогу тебе собраться, – предложил он.

Она не возражала. Встав с постели, он взял халат – в комнате было холодно. Раен включила свет, а Джим завернулся в халат, откинул со лба лезущие в глаза волосы и нашел коричневый чемодан, про который она спрашивала.

Честно говоря, вещей было немного, и это его утешило – большая их часть оставалась дома, и значит, она вернется за ними. И за ним тоже. Укладывая чемодан, Джим дрожал всем телом.

– Нет ни малейших оснований для волнения, – резко сказала Раен. – Ни малейших. Ты справишься. Макс займется тем, что снаружи, а ты – тем, что внутри дома.

– Кто с тобой едет? – спросил он, обеспокоенный мыслью о ней, вынужденной быть наедине с новыми, странными ази.

– Мерри и много новых охранников. Этого хватит. Еще мы заберем Манди, тебе не придется беспокоиться о нем. Вернемся прежде, чем что-либо успеет произойти. Это ему не понравилось, хотя сказать так он, разумеется, не мог. Джим смотрел, как Раен вынимает из шкафа другой, толстый плащ. Голубой она оставляла.

– Эти ази… – начал он. – Эти… странные ази…

– Ази маджат.

– Как мне с ними разговаривать? – воскликнул он, борясь с отвращением, которое вызывала сама мысль о них.

– Они говорят и понимают. В некотором смысле это маджат, они будут сражаться, если возникнет необходимость. Кстати, пусть маджат занимаются своими ази: говори Воину, что тебе от них нужно.

– Я не могу различать их.

– С маджат это не имеет значения. Каждый Воин – ЭТОТ Воин. Дай ему вкус и говори. Он ответит. Ты не разочаруешь меня, правда?

Джим убежденно покачал головой.

Раен захлопнула чемодан.

– Машина ждет внизу. Извини, я знаю, что ты хотел бы поехать со мной, но все обстоит так, как я сказала: ты нужен здесь.

Она направилась к двери.

– РАЕН, – выдавил Джим, лицо его покраснело от усилий.

Она оглянулась. Ему было стыдно за себя, лицо пылало, он не мог справиться с дрожащими губами и к тому же испытывал тошноту. Он не знал, почему так происходит, но именно так он чувствовал себя, когда поступал вопреки тому, что было ПРАВИЛЬНО.

– Чудо, – пробормотала она, вернулась и поцеловала его в губы, чего он почти не почувствовал из-за тошноты. Потом вышла, сбежала по лестнице, сама неся чемодан, поскольку он вовремя не сообразил и не помог ей. Джим тоже спустился вниз, босиком… беспомощно остановился перед дверью, когда она выбежала в темноту и дождь, туда, где ждала группа новых ази.

Маджат тоже были там, они крутились возле машины, гудели и жужжали что-то друг другу, Вести машину должен был Мерри, но Макс тоже был рядом. Кроме того, стояли другие машины, не принадлежащие резиденции грузовики, в которые усаживались новые ази с карабинами. Мерри подъехал к воротам, грузовики двинулись следом.

Макс посмотрел на Джима, тот сунул ладони в карманы халата и нервно осмотрелся.

– Все как обычно, – сказал он Максу. – Следи за домом.

Потом вернулся внутрь, закрыл за собой дверь и… заметил высокие фигуры в тени в конце коридора, услышал звуки снизу.

Он был с ними один, и когда направился к лестнице, один маджат шевельнулся.

– Стой спокойно, – сказал ему Джим. – Не приближайся.

Маджат отступил, а Джим помчался по лестнице в безопасность спальни.

Один из них вошел и сюда. Джим заметил движущуюся тень и замер, когда та приблизилась и коснулась его.