– Да какие там способности, – горько усмехнулся я. – Увы… Мне только такие глупости, как улавливание магических эманаций или съем ошейников-подавителей, и даются.

– Ладно… – моментально сдулась девушка. – Ладно, пусть так…

– Что дальше, Стражник? – обратился ко мне вернувшийся Пройдоха. – Проход в камеру я проделал, но толку-то? Большой вообще едва жив.

– Пойдем посмотрим, чем ему помочь, – немедленно решил я и, встав, протянул Мелинде руку, за которую девушка тут же уцепилась, словно тонущий – в спасительный обломок корабля. И даже поднявшись на ноги, больше меня не отпускала. Так и пришлось проделать путь до камеры Большого, ведя ее за руку как ребенка.

– Он едва живой… А у меня сил совсем нет… – Глаза Мелинды опять заволокло слезами, когда она опустилась на колени рядом с неподвижным телом нашего товарища по оружию. На нем места живого не было. Одни чернеющие синяки и кровоточащие раны. Ужасные на вид, с рваными краями и кое-где достающие до костей.

– А что насчет накопителя на ожерелье? – вспомнил я об ошейнике-подавителе в своей руке. – Ты можешь из него изъять необходимую энергию?

– Да, конечно! – вскинулась магесса и решительно вытянула из моих рук серебряную цепочку. Расположив все три кристалла агата на ладони, сжала их в кулачке. Ненадолго. Рука ее вдруг безжизненно опустилась вниз, а цепочка, выскользнув из разжавшихся пальчиков, упала на каменный пол. – Они абсолютно пусты… В них нет ни крохи энергии… – потерянно произнесла, часто-часто заморгав, девушка. И, чтобы окончательно не разрыдаться, прикусила нижнюю губку.

– Проклятье! – выругался я, поняв, каким образом бес избавил Мель от ошейника. Нет, это, конечно, стоило того, но все же жаль, что энергии в накопителях совсем не осталось.

– Ну и что теперь будем делать, Стайни? – спросил Пройдоха и отвел глаза. – На себе нам Большого не утащить…

– Мы никого не оставим, – твердо сказал я, пресекая даже попытку затеять разговор на эту тему.

– Да я ничего такого не имел в виду! Так, просто заметил! – попытался оправдаться Пройдоха. Усевшись прямо на пол, уныло заявил: – Все равно нам и податься некуда… Идущая наверх лестница перекрыта каменной плитой. Единственным выходом из подземелья остается та дверь, за которой скрылся темный маг…

– Перекрыта? – разочарованно уточнил я. – А ты не пробовал поискать механизм, поднимающий эту плиту?

– Да без толку это, – отмахнулся от меня скривившийся Пройдоха. – С чего бы этому механизму быть внутри тюрьмы? Для удобства решивших бежать заключенных, что ли?

Вздохнув, я кивнул, соглашаясь с доводом Джейкоба. Действительно, глупо предполагать, что покинуть подземное узилище так просто. Покосившись на здоровенную дверь в дальнем углу зала, задумчиво пробормотал:

– Значит, выход у нас всего один.

– Угу, – подтвердил Пройдоха, тоже скосив в ту сторону глаза.

– Рискованно… Но что делать, если выбора нет… – едва слышно прошептал я и обратился к Мелинде: – Ты можешь хотя бы оценить состояние Герта? Сколько он еще протянет, если ему не оказать помощь сейчас?

– Думаю, до утра доживет, – бросив взгляд на меня и опять переключив внимание на нашего едва дышащего сотоварища, ответила Мель и сокрушенно вздохнула: – Но даже если сейчас исцелить его раны, вряд ли он придет в себя в ближайшие часы… О том же, чтобы Герт поднялся в ближайшие дни, не может быть и речи. Он слишком сильно пострадал… Сражаясь…

– Тогда не будем его трогать, – решил я и поочередно посмотрел на сотоварищей. – Будет нам дополнительный стимул биться так, как никогда раньше. Ибо если потерпим неудачу мы, то смерть ждет и Герта.

– В каком смысле «биться»? – насторожился Пройдоха. Взгляд его метался туда-сюда. – Ты что, предлагаешь схватиться с темным? Может, думаешь, Линда выбьет эту дверь, мы заскочим туда и так напугаем темного своими грязными портками, что он помрет со страху? А ты хотя бы его ручное чудовище видел? Да этот малыш своей палицей как соплю тебя перешибет! – с внезапным озлоблением вскричал он.

«Надеюсь, ты не подумываешь на самом деле выкинуть какую-нибудь дурость? – обеспокоился бес и с подозрением уставился на меня: – Ты же не собираешься идти гасить темного гада в одиночку?»

«Нет, – успокоил я нечисть и, криво усмехнувшись, безжалостно добавил: – Все пойдем».

«Да зачем тебе это нужно?! – взвыл бес и тут же предложил свое видение решения проблемы: – Дознавателя этого надо отправить вперед, чтобы на него отвлеклись измененные, а девчонку натравить на темного, пусть попытается поквитаться с ним за сестру, – самим же под шумок ускользнуть! Вот это реальный план!»

«Ну уж дудки! – обломал я на корню надежды рогатого и заявил: – Убегать не будем. Попробуем справиться с темным».

Проигнорировав дальнейшие вопли поганца-беса, я обвел взглядом своих сотоварищей и медленно произнес:

– Выбора у нас нет. Или темный умрет, или мы. Решайте, со мной вы или нет.

– Да мы сдохнем, мы! – взорвался Пройдоха. – Иным это безумство закончиться не может!

– Значит, ты решил стать уникальным упырем? – задумчиво констатировал я.

– Нет! – взвизгнул Пройдоха и ударил себя кулаком в грудь. – Да я бы первый, понимаешь, первый на этого гада пошел! – И уже тише добавил: – Но без магической поддержки и оружия у нас нет ни шанса!