Малфурион знал, куда они шли и что они желали. Его похититель получал удовольствие не только показывая их страдания, но и позволяя ему узнать о том, что Повелитель Кошмаров заставил их принять, как свое спасение. По их мнению, единственной передышкой, хоть и на одно мгновение, было украсть и испытать способность видеть сны без боли и страха у тех, кто еще не стал жертвой Кошмара. Но это желание было обманчивым, так как они никогда бы не смогли его осуществить. Это была все лишь уловка, чтобы подтолкнуть и сделать их настолько отчаянными, что они будут готовы использовать своих друзей и близких ради Кошмара.

И Малфурион знал, что несмотря на то, что большинство из этих людей были добрыми… их собственные кошмары без всяких колебаний разрушат весь Азерот. Их количество продолжало расти и распространяться. Оставшиеся драконы Изеры для них были ничем, пустым местом.

Драконы атаковали и атаковали, но толка от них было ровно столько, сколько от нескольких песчинок, стремящихся остановить наводнение.

И Малфурион знал почему. Также он знал, что все это время Повелитель Кошмаров им манипулировал. Из-за умений верховного друида он просто дал отвратительной тени то, что она по-настоящему желала. Ночной эльф послужил своему похитителю также хорошо, как если бы он был одним из испорченных.

"Нам нужно уходить отсюда!" - проревел остальным один из старейших зеленых драконов.
– "Мы должны перегруппироваться!"

Перегруппироваться? Зачем?
– безмолвно спросил Малфурион, все еще в ужасе от той роли, которую он сыграл во всем этом.
– Разве есть на что надеяться?

На самом деле он никогда не нужен был Кошмару. А вот его господину - нужен, но это всего лишь было его собственным желанием, которое значительно перевешивалось основной необходимостью. Малфурион был приманкой. Его силы, его связи с Азеротом и Изумрудным Сном были достаточно сильным, чтобы спровоцировать замыслы Кошмара, но выполнить их по-настоящему никогда бы не смогли. Для этого тени нужно было существо, которое связано с волшебным миром больше всего. Все это время Кошмару нужна была владычица Изумрудного Сна.

В Штормграде, Стальгорне, Даларане, Оргриммаре, Громовом Утёсе и других городах и сёлах туман уже начал расползаться. Даже в Подгороде, где нежить не спит, туман завладел тайными кошмарами его жителей. Для Отрекшихся проклятием стали страдания их прошлых жизней, которые в снах должны были исчезнуть, но этого не случилось.

Подгород был так назван по многим причинам, в последнюю очередь потому, что был погребен под руинами того, что когда-то было одним из самых великих городов … Лордероном. Во время Третьей Войны принц Артас - оскверненный Королем Личем - захватил столицу и убил своего отца - короля Теренаса - в его собственном тронном зале. Но ужасная судьба Короля Лича заставила Артаса вернуться в холодный Нордскол, и за это время, Отрекшиеся - нежить, освободившаяся от власти короля Лича, захватили руины. Видя оборонительные преимущества, они выбрали это место, которое стало их столицей, простирая свои катакомбы в новые глубины и строя то что для живых показалось бы довольно ужасной насмешкой над потерянным существованием нежити.

Зловещий герб состоящий из трех скрещенных стрел- одна из которых сломана - под белой, треснувшей маской, можно было увидеть по всему городу. Это был знак Отрекшихся, а, особенно, их королевы. Подгород был темным местом в мрачных тонах, с каменными проходами и ступеньками. Как бы то ни было, нежить не спала и так же город. В Подгороде были таверну, кузницы и предприятия которые обслуживали не только нежить но и гостей из Орды, с которыми Отрекшиеся были в союзе. Освещение состояло из тусклых ламп и неярких факелов.

Но они служили здесь не для жизни, так как нежити свет был не нужен и никто из них не хотел признавать, что, возможно, именно свет придавал основным жителям видимость какого-то другого существования. Но сейчас… что-то новое и тревожащее даже для тех кто построил Подгород, пробралось в столицу Отрекшихся. Что-то напоминающее сон…

Лидер Отрекшихся- грозная Королева Банши, Сильвана Ветрокрылая - изучала странное состояние тех из ее последователей, кто казался действительно мертвыми… и в то же время жили. Их простейшие движения доказывали то, что они жили и ничего другого.

Королева Банши была красивой даже будучи нежитью. Она была не только высшим эльфом, но и предводителем следопытов, которые пали в Луносвете.

И даже в своей нынешней роли, Сильвана была уникальна, потому что она не была призраком, как все банши, а имела собственное тело. Гибкая элегантная, с кожей цвета светлой слоновой кости, она шагала среди лежащих тел, которые собрали для нее служащие. Все они были одинаковыми. Никто ничего не мог ей сказать по данному поводу, и это огорчало ее все больше и больше.

Одетая в облегающие кожаные доспехи предназначены для легкого движения и украшенные плащом с капюшоном темно-малинового цвета, Сильвана выглядела очень опасной. Даже присутствие четырех охранников, которые были нежитью-высшими эльфами с разлагающимися лицами, торчащими ребрами и пустыми глазницами, не вызывали такого страха, как банши.

"Ну так что, Вариматас" - потребовала она ответа от затененного собеседника, стоящего в углу сырой и покрытой паутиной комнаты, которая была расположена в нижней части ее цитадели. Ее голос был таким же соблазнительным, как и тьма для некоторых, но в то же время был похож на холодный ветер.
– "Тебе все еще нечего мне сказать?"