– Чарльз! – его напарник почти что бежал за ним. – Мы не знаем наверняка, что ждет нас за этой дверью! Если мы сейчас сделаем хотя бы один неверный шаг…

– Его не будет, - резко ответил Чарльз, но все же остановился, когда заглянул другу в глаза. Он чертыхнулся, сделал небольшую паузу, а затем внезапно сказал: – Клиф, езжай домой, ладно?

– И оставить тебя здесь одного, да? В этом адовом логове? Черта с два!

– Это не твое дело, Рейсон. У тебя семья.

– У тебя тоже, - сказал он так, словно это для обоих было какой-то новостью. – Ты что же, хочешь оставить маленького мальчишку без отца?

– Клиф…

– Послушай, ты сейчас успокоишься, мы поедем в участок и удостоверимся в правоте данной информации, хорошо?

– Слишком много времени, понимаешь? Он может уйти.

Его друг на мгновение закрыл глаза.

– Ладно, хорошо, ты прав, - он обхватил его плечи и посмотрел прямо Чарльзу в глаза. – Мы просто вызовем подкрепление, идет? Они приедут всего через каких-то пятнадцать минут. Это ведь не так много для человека, который ждал целых десять лет, так?

Чарльз на мгновение застыл, вдруг осознав, что, возможно, он собственноручно роет им могилы. И если такова была цена правды, то он не готов был её заплатить.

– Хорошо, звони, - выдохнул он и взъерошил руками свои волосы, пытаясь собраться с мыслями и взять ситуацию под контроль. У него на самом деле была семья. Семья, за которую он готов был отдать свою жизнь. И, черт возьми, но Клиф Рейсон был абсолютно прав: некогда собранный и рационально мыслящий человек, сейчас был слишком одержим желанием отомстить. Так одержим, что срывался посреди ночи, лишь уловив что-то, что смутно напоминало ему ту ночь, лишь завидев что-то, за что он мог бы просто зацепиться. И сейчас он тоже думал совсем не головой. Сейчас всеми его мыслями и действиями управляли его эмоции.

И дьявол, будь он проклят, но подписывать другу смертный приговор он был просто не готов.

– Давай уйдем, - внезапно сказал Чарльз, когда Клиф начал вызывать подкрепление.

– Уйдем?

– Я просто хочу, чтобы мы имели возможность вернуться домой. У тебя растет замечательная дочка, Клиф, и я просто не переживу, если стану тем, кто лишит её отца.

– Я пошел с тобой по собственной воле, - сказал он. – Поэтому, что бы со мной сегодня ни произошло, не смей винить в этом себя, - он долго смотрел ему в глаза, а затем снова взял в руки телефон.
– Я вызову подкрепление, и мы возьмем этого сукиного-сына.

– Но…

– Это мое решение, Миллер. И ты не в праве его осуждать.

Чарльз очень долго медлил, словно что-то внутри него сейчас вело борьбу не на жизнь, а на смерть, но вынужден был просто кивнуть, прекрасно понимая, что разуверить этого человека он просто не сможет. И в этом они были так сильно похожи.

Взгляд Чарльза внезапно привлек какой-то звук, а затем он словно почувствовал чье-то присутствие.

– Клиф, ложись! – крикнул он и выстрелил в человека позади своего друга, когда тот резко упал на пол и пополз в безопасное место. На них градом посыпались выстрелы, долго отражать которые они явно были не в силах.

– Миллер! Давай сюда! – крикнул Рейсон, перезаряжая свой ствол.

– Выбирайся, - сказал Чарльз, бросая взгляд на телефон, валявшийся в трех метрах от них на открытой площадке, а затем снова встречаясь взглядом с другом.

– Что ты несешь?!

– Обоим нам не уйти! – орал он. – Иди, а я прикрою!

– Даже и не думай, что я уйду!

– Клиф, черт тебя подери, уходи! Так спасешься хотя бы ты, а так мы погибнем оба!

– Пошел к черту!

– Клиф, это я притащил нас сюда! Это моя битва! Подумай о Лорел и Джессике, - эти слова заставили его замереть, - им нужен живой ты.

– Чарльз, твою мать…

– Скажи Луизе и Алексу, что я очень их люблю, - Рейсон не успел ничего ответить, потому что Чарльз резко встал.
– Пошел! – заорал он, выходя из укрытия и начиная стрелять по всем, кто показывался ему на глаза. Он был великолепный полицейским, который ни раз ловил самых опасных преступников города, но даже такие, как он, совершают ошибки.

– Чарльз!

Он резко обернулся на голос друга и в это самое мгновение ощутил прикосновение холодного металла к своему телу. Он почувствовал, как что-то тяжелое вошло ему в грудь, а затем понял, что не может дышать, и упал на колени. В его голове все ещё слышался отдаленный крик Клифа, который со всех ног бежал к нему, но он не мог приказать ему остановиться. Его глаза затуманились и он уже не слышал ничего, что происходило вокруг, но краем глаза уловил смертельно бледное лицо Рейсона, по губам которого прочитал «ты…». Клиф упал рядом с ним спустя несколько секунд, и Чарльз точно помнил, что его голова была простреляна насквозь. Поймав своим взглядом силуэт мужчины, опускающегося перед Чарльзом на колени, он практически уже окончательно отключился, но успел заметить, как чьи-то пальцы набирают три заветные цифры, которые впоследствии спасли ему жизнь: 911.