– Не зарекайся, Ал. Порой жизнь подбрасывает нам такие сюрпризы, что невольно начинаешь задумываться о том, что все, что с нами происходит, дело рук самой Судьбы. А она, как ты знаешь, бьет наверняка.

– Согласен, - с набитым ртом произнес Дилан, который все это время молча слушал их спор и самодовольно поедал пиццу.

– Нам оставь, - Сказал ему Макс и снова развернулся к Алексу. – Я тоже не думал, что когда-либо смогу так сильно полюбить. И уж тем более я представить себе не мог, что это будет девушка, которую я знаю с самого её рождения. Которая девочкой носилась по округе вместе с моей сестрой, и которую я всегда воспринимал, как сестру лучшего друга и как свою собственную сестру. Думаешь, тогда я знал, через что нам придется пройти? Нет, черт возьми, я не мог даже предположить, что такое может случиться именно в моей жизни. Так же, как не мог и заранее знать, что моя ложь и бредовая идея Дженнифер сведут нас вместе. И что перед тем, как случится долгожданный хэппи-энд, нам придется справиться со своим прошлым, которое гналось за нами обоими попятам. Нет, Алекс, жизнь далеко не сказка, но она стоит того, чтобы её искать, чтобы пробовать и пытаться. Чтобы жить.

– Ты даже не догадывался, что станешь таким нежным? – Алекс усмехнулся, переводя слова Макса в шутку, но тот оставался все с таким же невозмутимым выражением лица.

– Даже не предполагал.

– Я готов поставить сто баксов на то, что так же он даже и представить себе не мог, что хоть когда-то получит от меня в челюсть, - Дилан ухмыльнулся. – Особенно из-за моей сестры.

Макс ответил ему искренней улыбкой.

– Да, это правда. Это было больно, но мне необходимо было двинуть.

Дилан отсалютировал пивом и кивнул.

– Не благодари.

– Даже и не думал, - Макс расхохотался, - благодарить за то, что ты меня побил я не стану даже под угрозой смертельной расправы.

– Пирс, - Дилан завладел его вниманием, а затем продолжил. – Ты такой мудак. Но я тебя обожаю.

– И я тебя, детка.

– Воу, парни-парни, - хохочущий Алекс выставил свои руки вперед. – Полегче, ладно? Вам тут не гей-клуб. Это все-таки мой дом.

– Не ревнуй, пупсик. Мы не обделим тебя вниманием.

– Ты что, собираешься и ему тоже уделять свое внимание?! – Дилан театрально повысил голос до «истерической женщины».

– Не волнуйся, дорогой. Кроме тебя мне больше никто не нужен.

– Было бы здорово снять вас сейчас на видео и продать его, - Алекс мечтательно уставился в стенку. – Я срубил бы неплохие бабки. Хотя нет, знаете, лучше я показал бы вашу прелюдию Саре и Алисии, вот они бы вам потом задали!

Макс фыркнул.

– Сара лишь посмеялась бы.

– Ты что, не можешь быть геем, пупсик? – Алекс ухмыльнулся, особой интонацией выделяя последнее слово.

Макс задержал свой взгляд на его лице, и, не поворачиваясь, обратился к Дилану.

– Дил?

– Ммм?

– В наших рядах пополнение.

– Угу.

– Ты думаешь о том же, о чем и я?

– Я надеюсь.

Повисло молчание, Дилан и Макс сосредоточенно смотрели на Алекса, а он в свою очередь переводил свой взгляд с одного на другого.

– Идите к черту, придурки.

Они переглянулись и расхохотались, а Дилан встал ещё за порцией пива.

– Ладно, Алекс, не переживай, мы оба совершенно нормальные во всем, что касается нашей личной жизни.

– Что-то я уже не совсем в этом уверен.

Дилан кинул обоим по бутылке и улыбнулся.

– В противном случае, ты бы тут не сидел.

– Ладно, мужики, вернемся к темам насущным, крепким и мускулистым. – Все посмотрели на него с нескрываемым любопытством. Макс вставил диск в дисковод и улыбнулся. – Сегодняшнюю ночь мы проведем в Богом забытом месте. Запрещается: плакать, безостановочно болтать и раздражать соседа. Разрешается: поедать пиццу, хлестать пиво под рев автоматов и кричать «вперед, Джон!».

– Неужели это то, что я думаю? – Дилан сосредоточился на телевизоре, и все сохраняли гробовое молчание до тех пор, пока на экране не появилось словосочетание «Первая кровь». – Я снова тебя обожаю, Макс. Я всех вас сейчас обожаю, парни, и мне плевать, что вы подумали. Это просто лучший день в моей жизни.

– Хорошо, что Сильвестр Сталлоне не знает, какой у Рэмбо есть сумасшедший фанат, - прошептал Макс так, чтобы Дилан не услышал.

Алекс ухмыльнулся, довольный выбором Макса, и, наконец-то, позволил себе насладиться уже немного подостывшей, но такой блаженной пиццей.

Жизнь прекрасна, не так ли?

***

– Алекс, - голос медленно пробирался по закоулкам его головы, отголосками отдаваясь где-то далеко в его сознании, пока, наконец, не достиг самого его центра. – Алекс, милый.