Любила.

Но прошло ли это...

Она тут же отбросила эти мысли в сторону, заталкивая их как можно дальше в свою голову, и осторожно коснулась его плеча.

Алекс моментально дернулся и его обеспокоенный взгляд всего через секунду остановился на Меган.

– Ты в порядке?

Смотря в его решительные глаза, наполненные страхом и болью, Меган осознала то, что до этого совсем не приходило ей в голову.

– Ты что, проспал здесь всю ночь?
– прошептала она.

Алекс замялся, видимо, не ожидая такого вопроса-ответа, который получил, но просто коротко кивнул.

– О, Боже, - если всего секунду назад она ещё надеялась, что окажется не права, то сейчас, все её надежды вдребезги разбились.
– Ты спятил? Ты спал тут вот так? Без одеяла и на холодных досках? Всю ночь?!

– Какое это имеет значение?

– Ты сделал это ради меня… - догадалась Меган.
– Так вот что ты имел в виду, когда сказал, что не оставишь меня одну. Ты...

– Не стоит делать из этого трагедию, перебил её Алекс.- И совсем это не ради тебя, - Алекс начал подниматься, но вдруг поморщился словно от боли, и Меган инстинктивно прижалась к нему, что бы он мог на неё опереться.

– Ты в порядке?
– взволнованно спросила она, пропуская его едкие слова мимо ушей.

– Я в норме.
– Не до конца выпрямившись, он будто бы через силу убрал с лица болезненно мучительную гримасу, а затем помедлил и посмотрел прямо ей в глаза.
– Что?

Меган недоверчиво сузила глаза, всё ещё поддерживая Алекса за грудь.

– Ты уверен, что не застудил спину и что через пару минут не взвоешь от боли?

– Конечно, я уверен, - быстро сказал он, и посмотрел на топик и шорты Меган.

– А ты что делаешь в такую рань на улице полураздетая? Я же приносил тебе теплую одежду.

Меган закатила глаза.

– Я вышла позвонить. В доме нет сети.

– Оделась бы, а потом звонила, - проворчал он.

– Алекс, сейчас не зима, я вполне комфортно себя ощущаю. А вот тебе не помешало бы пойти в тепло и сделать что-нибудь со своей спиной, - добавила Меган.

– Ты можешь не держать меня, - упрямился Алекс, - я чувствую себя прекрасно.

– Упертый осел, - проворчала она и резко отпустила его, а как позже осознала, очень и очень зря.

Только сделав один единственный шаг, Алекс застонал и начал заваливаться вперед, Бог весть знает, как бы это всё для него обернулось, если бы Меган снова его не подхватила.

– Ладно, - признался он сквозь стиснутые зубы, видимо, когда на самом деле понял, что дело серьезное, - пожалуй, я все-таки прилягу.

– А я всё гадала, когда в твоей умной голове созреет трезвая мужская мысль, - вздохнула она.

– Не смешно, - Алекс сощурил глаза, и Меган улыбнулась.

– Уже давно доказано, что все мужчины трусы, когда дело касается их чувства собственного достоинства, - заключила довольная собой Меган.
– Ну что такого унизительного вы видите в том, чтобы показать свою боль?

– Что, прости?
– не понял Алекс.

Меган снова закатила глаза, отчетливо понимая, что говорить с мужчиной, порой всё равно, что общаться со стенкой - собеседник вроде есть, но вот толку никакого.

– Вместо того, что бы сразу признаться в том, что у тебя болит спина, ты сначала чертову кучу времени отпирался и хорохорился.

– И ничего я не хорохорился!
– возмутился Алекс.
– Я просто...
– он замолчал, видимо, понимая, что сказать ему нечего, и Меган еле сдержала свою улыбку.

– Вот поэтому я и говорю, что все вы трусы, боящиеся показаться чуточку слабее, чем есть на самом деле. Хотя в действительности это совсем не так.

– Это желание естественно, - наконец признался Алекс, - любой мужчина захочет оставаться сильным и смелым несмотря ни на что именно потому, что он мужчина.

– Ты не перестал бы быть мужчиной от того, что сказал бы правду.

– Физическая боль, порой, делает нас слабее, никто не хочет признаваться в том, что он слаб.