– Она не умирала, - жёсткие губы дрогнули, а глаз, не прикрытый чёлкой, влажно блеснул.

– Да что ты заладил - умрёт, умрёт... Всё с ней будет нормально, - взвился Трэй.
– И откуда у Алексис твой кристалл?

Братья помнили его, он появился у жены после возвращения от пиратов. Кристалл был чёрного цвета, а в последнее время действительно изменил цвет, сначала на коричневый, потом серый, последний раз, когда они видели на ней кристалл несколько дней назад, цвет был дымчато-розовый.

– Я отдал ей на хранение. Это нянька, по ней мать следит за состоянием своего ребёнка, и он же маяк. Она не знает про его функции. Я ответил на вопрос, теперь пропустите меня к ней, чёрную дыру вам с глотки.

– Парни, мне кажется, его стоит послушать, - проговорил тихо, молчавший до этого момента, Таниэль.

– Ты не лезь, - огрызнулся Трэй.

– А вы свою ревность засуньте подальше, - не повышая голоса, ответил Таниэль, - у них связь, и если этот ушастый говорит, что Алекс может...

Принц не договорил, браслет на руке Рема завибрировал, он ответил на вызов.

– Да... что? Сейчас буду, - Рем отключил браслет, бросил быстрый взгляд на братьев, потом на Саторина, - даю разрешение, поторопись.

С этими словами он быстро покинул зал связи, голограмма Саторина исчезла.

Через четверть часа злой и мрачный Саторин вошёл в медчасть, сразу подошёл к капсуле Фурии, положил руку на стекло, закрыл глаза.

– Откройте капсулу, - приказал он.

– Я не могу, программа запущена, откроется только по завершении, - ответил Рем, - ты же знаешь их устройство.

Саторин глухо зарычал и ударил в бронированное стекло. Капсула содрогнулась.

Братья бросились к нему.

– С ума сошёл?!

– Отвалите, - Саторин снял с пояса бластер, мужчины были безоружны, отступили, - ноги у неё докуда достают?

Рем показал. Саторин настроил оружие на нужный режим, примерился, и алая полоса рубанула по капсуле, взвыло предупреждение о нарушении режима энергопитания и прекращении программы лечения. Отрезанная часть упала на пол, Саторин сунулся внутрь, обжигаясь об ещё не остывшие края капсулы. Все провода отсоединились, за ноги вытащил обнажённое тело женщины, только на шее болтался едва розовый кристалл. Бледная, измождённая, он заскрипел зубами от злости. Рем протянул покрывало, помогая Саторину завернуть в него Фурию. Закончив, Кайрас подхватил на руки безвольное тело и пошёл на выход. Братья заступили ему дорогу.

– Куда собрался?
– спросил Трэй, приготовившись напасть.

– Догадайся, - прошипел Кайрас, - дай пройти - и останешься жить, и дети ваши тоже.

– Она не простит тебя, если ты разлучишь её с детьми, - проговорила стоящая за спиной братьев Ди.

– Сначала пусть выживет, а потом и с этим разберёмся, - шагнул к братьям. Они стояли стеной.
– Вдовой она меня устроит больше. Рем, подержи Фиолет, пока я убиваю этих двоих.

Убивать никого не пришлось, братья с удивлёнными выражениями лиц осели к ногам сорентийца. Ди стояла над ними, сжимая в руках использованные инъекторы.

– Надеюсь, я об этом не пожалею, - проговорила она, смотря на Кайраса.

– Выживет - вернётся, - пообещал мужчина и сорвался на бег, времени практически не осталось. Он ураганом пронёсся по базе Фурии; корабль, который он с двумя другими захватил сутки назад, ждал на каменном плато недалеко от входа в пещеры. Заскочил в открытый вход корабля, нажал рычаг, задраивающий шлюз, в этот момент внутрь влетела запыхавшаяся Ди.

– Ну, ты и бегаешь, - проговорила она, наклонившись вперёд, уперев ладони в колени и переводя дыхание, поймав хмурый взгляд, сказала: - Даже не думай от меня избавляться, ты мне не нравишься, но её я не оставлю.

– Ты кто?
– задал вопрос Кайрас.

– Ди, - женщина выпрямилась, встряхнула копной каштановых волос, - её бывший корабль.

– Ничего не понял, потом разберусь, корабль... а ты ЛинКР управлять сможешь?

– Безусловно, - усмехнулась Ди.

– Займись этим. Взлетаем немедленно.

Ди кивнула, погладила Фурию по голове и убежала исполнять приказ-просьбу сорентийца.

Саторин тяжело вздохнул, опускаясь с женщиной на пол, устроил её на своих коленях, кристаллы, словно магниты, притянулись друг к другу.

– Не думал, что "поцелуй жизни" я подарю тебе так, - Саторин наклонился над единственной и нежно прикоснулся горячими губами к её холодным, даря половину своей долгой жизни, делясь теплом, любовью. Кристаллы начали нагреваться, изменяя цвет от бледно-розового до пурпурного, словно разгоралось пламя . Запульсировали, словно забились два сердца.

Кожа Фурии перестала быть ледяной, чуть порозовела. Саторин увлёкся, ритуал уже был завершён, а он не прерывал поцелуя, размыкая податливые губы и проникая внутрь языком, изучая и пробуя.