– Ты, мы-то полны энергии, - сказал Трэй, подавив зевок, подпёр кулаком щёку, наблюдая за братом и женой.

– Сами напросились, - хищная предвкушающая улыбка растянула губы Фурии, женщина приподнялась и опустилась на нежный и требовательный, вырвав стон удовольствия у Трая...

Аль Нурисан сидел в своём кабинете и перечитывал отчёты. Чувствовал, что-то ускользало от него. Какая-то деталь. Императрица скончалась в людном месте, во время ежегодного празднования Всепрощения. Свидетели рассказывали, что Императрица шла в толпе, выслушивая страждущих - всё, как обычно. Один наиболее запоминающийся момент отметила фрейлина аль Трумисан, к Императрице подходила женщина, прикоснулась к руке благодарным поцелуем и что-то сказала. Императрица вздрогнула, на лице отразился испуг, когда она взглянула в лицо женщины. Но описать внешность фрейлина не смогла, сказала, что совершенно обычное лицо, запомнились только большие, пронзительные серые глаза. Через полчаса императрице стало плохо, она пожаловалась на жар и удушье. Немилосердно зудела и горела рука, которую целовали, она расчесала её в кровь.

Произнеся "Араия", Императрица упала на мостовую. К ней бросилась охрана и сопровождающие фрейлины. Императрица была мертва.

Араия, причём тут Араия, она давно мертва, благодаря стараниям самой Императрицы. Почему она вспомнила тётку Фурии перед смертью?.. Вот оно. Фурия. В юности она была немного похожа на свою тётку, особенно глаза.

Неужели это её стараниям Императрица на пути к праматери? Что происходит с этой одноглазой оторвой? Братья не выходят на связь, принц - тоже, с того момента, как сообщил, что операция по освобождению Алексис закончилось удачно, и потребовал срочно оформить Императорский брачный контракт на её имя. Но подтверждён не был. Зато выплыл Контракт Близнецов с Алексис. Аль Нурисан ничего не понимал, и отсутствие информации выводило его из равновесия.

Его старый друг аль Каирсан погиб при странных обстоятельствах на свадьбе сына. Теперь он возглавил род. С тех пор на Императора и наследников уже дважды были совершены покушения. Теперь вот смерть Императрицы. Что вообще происходит?

Она прикоснулась губами к тонкой, холёной руке, посмотрела в глаза женщине, уничтожившей её семью:

– Я прощаю вас, убийца моего рода, - сказала она, отстраняясь. Императрица смотрела на неё в удивлении, а затем в глазах мелькнуло узнавание и испуг. Но сказать в ответ она ничего не успела, Фурия уже скользнула в напирающую толпу и затерялась. Вынырнув на краю площади из людского моря, она содрала с губ защитную плёнку, на которую был нанесён яд, бросила в ближайший утилизатор, туда же отправились перчатки, приняла на всякий случай антидот, и зашагала к оставленному в квартале отсюда парокару. Мужья должны были успеть закончить свои дела к этому времени и вернуться на Бандитку. Спустя час она была на месте.

Братья смотрели на большой металлический саркофаг в парокаре Фурии.

– Что это?
– спросил Трэй.

– Крупная трата денег, может быть, даже бесполезная, - пожала плечами Фурия, - помогите вытащить и отбуксировать в медчасть.

– Что за секреты?
– Трай вытащил саркофаг, тот завис в воздухе.

– Подарок, - Фурия, погладила холодную поверхность, - надеюсь, понравится.

– Алекс, у тебя снова линзы?
– Трэй внимательно всматривался в глаза жены.

– Нет, я сделала операцию. Долги розданы, пора двигаться дальше.

– Надумала?
– спросила Фурия, разглядывая красивое, бледное, ещё безжизненное, лицо. Прикоснулась к каштановым волосам.

– Она такая красивая, - проговорила тихо Ди, - и совсем не похожа на тебя.

– Ты достойна иметь свою индивидуальную внешность, а не быть моей копией. Ну, так что? Переселяешься? Звать Рема?
– проявила нетерпение Фурия.

– А что же будет с кораблём?

– Рем подготовил новую программу управления, правда, уже без скана личности, - Фурия отошла от саркофага и села в кресло.

– А что буду делать я?
– в голосе слышалось неподдельное беспокойство.

– Жить, - улыбнулась Фурия, - для начала - просто учиться жить, а потом сама решишь, чем заняться... Зову?

– Зови, - вздохнула Ди словно перед прыжком в пропасть.

– Пять лет прошло, а ты всё не угомонишься!

Фурия поморщилась, ну, сколько можно, они опять ссорятся. И так сдохнуть хочется, а ещё эти с утра орут под дверью.

– Да я давно угомонился, это у вас крышу сносит от моего присутствия. Вроде бы уже должны привыкнуть. Мне нужно поговорить с Алексис, и я поговорю.

Фурия тяжело вздохнула и поправила одеяло, если сказал, что поговорит, значит, никуда от него не денешься.

– Пустите уже его!
– крикнула она, прерывая ругань. Металлическая дверь отъехала, и в её спальню ввалилась извечно спорящая троица: Трай, Трэй и Таниэль.

– Таниэль, что снова не поделили?
– устало спросила Фурия, складывая похудевшие руки на огромном животе. Тяжело ей дался этот последний месяц беременности.

Три озабоченных взгляда осмотрели её.

– Что-то выглядишь ты паршиво, подруга, - констатировал принц.

– Ты, как всегда, любезен сверх меры, - улыбнулась она, спина с ночи болела немилосердно, и тянуло внизу живота, а ещё эти ссорятся. Хотелось прибить всю троицу.

– Сегодня истекает наш с тобой контракт, я пришёл...

– Попрощаться и свалить уже, наконец, - закончил за него Трэй.

– Помечтай, - огрызнулся принц.
– Продлить ещё на пять лет, у нас сейчас столько дел незаконченных. На руднике нашли новую жилу, надо бы...
– Таниэль осёкся, заметив гримасу боли на лице женщины, - Алексис, что с тобой?