Миднайт была удивлена молчанием Кайтлан, пока они ждали, когда искупаются мужчины. Ей нравилось болтать с девочкой, но даже когда она попыталась переброситься с ней парой словечек, Кайтлан все также молчала, вглядываясь в горизонт.

«Миднайт!»

Не поворачиваясь, Миднайт ответила, — «Да, Келемвор?»

«Я должен сказать тебе что-то».

Миднайт нахмурилась, заметив игривые нотки в голосе Келемвора. «Это может подождать».

«Я могу забыть», — сказал Келемвор. «Не волнуйся, мы в воде».

Миднайт пожала плечами и посмотрела на Кайтлан. «Жди здесь», — сказала она. Кайтлан кивнула.

Миднайт обернулась и обнаружила Келемвора в воде, рядом с собой. Адон и Сайрик оставались на другом конце водоема.

Случайные представления Миднайт о телосложении Келемвора оказались близки к истине — образ мокрого, блестящего тела Келемвора вызвал у Миднайт непроизвольный трепет. Она не могла вспомнить, когда руки подобные этим, трогали ее последний раз. Келемвор, подплыв ближе, вырвал Миднайт из потока ее мыслей окатив водой, игриво зазывая ее присоединиться к нему.

«Тебе бы хотелось этого, да?» — сказала Миднайт, скрестив руки на груди.

«Да», — сказал Келемвор с озорным, мальчишеским блеском в глазах.

«Вот почему моя одежда останется на мне, пока вы не будете на другой стороне холма», — сказала она, ударив по воде, посылая тем самым брызги в лицо воина. Он хотел схватить ее за колено, но промахнувшись упал вперед и сильно ударился головой о каменный бортик водоема. Хватка воина ослабла и он начал погрухаться под воду, оставляя за собой кровавый след.

«Кел!» — вскрикнула Миднайт, и внезапно в воде образовалась воронка и рука из кружащейся, брызгающейся воды подняла Келемвора из водоема и положила его на край. Адон бросился к нему. Миднайт принесла их одежды, Келемвор к этому времени начал шевелиться.

«С ним все будет в порядке», — сказал Адон, осмотрев рану. «Я думаю, ему стоит полежать некоторое время».

«Глупец», — заругалась Миднайт, но Келемвор лишь ухмыльнулся и помотал своей головой. Адон накрыл воина одеялом и пошел переговорить с Сайриком, который уже успел одеться.

«Не стоит так волноваться», — сказал воин. Затем на его лице появилось озабоченое выражение. «Ты дрожишь».

Миднайт и в самом деле неудержимо трясло. Она не пыталась использовать заклинание, чтобы спасти Келемвора, но она была уверена, что каким-то образом все же спасла его. Взяв себя в руки, чародейка подумала, что это мог быть кулон. Все-таки это была магия.

Миднайт вскрикнула, когда вторая струя воды вылетела из водоема и поглотила ее внутрь себя. Она была сильно удивлена, когда вся ее одежда, кроме кулона, исчезла с нее, тотчас появившись рядом с ней в воздухе, а ее саму начали омывать нежные струи воды. Другие не видели что творилось внутри столба воды, и когда все закончилось, вода исчезла в водоеме, а Миднайт стояла полностью одетой и сияющей от чистоты.

Она перестала дрожать, но ее вновь начали одолевать сомнения. Подумав, она заключила, что чтобы это ни было — кулон или сила самой воды, это была не опасная магия.

«Отличный трюк», — сказал Сайрик, улыбнувшись чародейке. «Но я удивлен, что ты доверяешь своим заклинаниям после всего того, с чем нам пришлось столкнуться».

«Я не пользовалась заклинаниями с утра», — сказала чародейка. «Я не знаю, что это было. Быть может Кайтлан может объяснить это».

Миднайт посмотрела туда, где она оставила девочку, и почувствовала как ее охватывает паника — девочки не было. Прежде, чем она успела сказать хоть слово, позади нее разадлся плеск, и Миднайт обернулась, обнаружив Кайтлан плескающейся в водоеме.

Из-за ранения Келемвора, герои решили разбить лагерь у колоннады, а свое путешествие к замку продолжить утром. Сайрик провел большую часть вечера осматривая колонны и статуи, которые окружали лагерь.

Колонны были толстыми и гладкими, возвышались от земли на дюжину футов, а между собой их соединяли арки, тянувшиеся от одной колонне к другой, словно радуга.

Некоторые колонны были разрушены, их вершины превратились в кучу заостренных камней. Трещины, тянувшиеся вниз от разбитых вершин разрушали колонны без пощады, и огромные куски камня валялись рядом с изломленными гигантами. Многие арки полностью исчезли, нарушая некогда идеальную симметрию колоннады и заменив ее странным, непредсказуемым дизайном.

Но больше всего внимание Сайрика привлекли статуи, хотя большинство скульптур были сломаны и лишены голов. Некоторые из них изображали женщин, некоторые мужчин, но все были идеальны. Вор несколько часов стоял, вглядываясь в одну из статуй — пару любовников без голов, со спинами повернутыми к колоннаде, их руки выражали эмоции, которые не смогли бы передать даже их пропавшие головы.

В сгущающейся темноте, водоем начал излучать сильное свечение, словно его дно было покрыто фосфором, даже если при ближайшем рассмотрении оказывалось, что это было не так. Бело-голубой свет играл на лицах путешественников, которые расслабились и изредка переговаривались, находя случайные темы для разговора.