Александр Захарович оказался прав. Петр потом не раз вспоминал его слова.

…В конце июля - начале августа 1941 года штаб 9-й армии дислоцировался в населенном пункте Жовтнево (на старых картах это - Петро-Веровка). Недалеко от Жовтнева находился большой полевой аэродром Цебриково, на котором базировалось несколько частей истребительной и штурмовой авиации ВВС армии, а также отдельная разведывательная эскадрилья майора И. Иванова. Летчикам не было покоя ни днем, ни ночью.

Войска армии, ведя ожесточенные бои, с трудом сдерживали натиск гитлеровских полчищ на реке Днестр. Оборонявшиеся севернее начали отходить в общем направлении на Кировоград, Днепропетровск. Положение резко осложнилось. В штабе 9-й армии не знали точного направления движения врага, его численности. Генерал-полковник Я. Т. Черевиченко приказал эскадрилье майора Иванова вести непрерывную воздушную разведку дорог, идущих с запада на восток.

Для быстрейшей обработки заснятой пленки и срочного составления разведдонесений на аэродроме Цебриково сосредоточили всю фотослужбу ВВС 9-й армии, которую возглавил лейтенант Павленко. Как только возвращались после задания самолеты-разведчики, группа фотоспециалистов во главе с воентехником 2 ранга И. Комовым быстро перезаряжала аэрофотоаппараты на самолетах, и кассеты с заснятой пленкой тут же доставлялись в походную фотолабораторию, которой руководил воентехник 2 ранга М. Тихомиров. Здесь пленка обрабатывалась, печатались снимки и монтировались [19] фотосхемы. Лейтенант Павленко с подчиненными составлял разведдонесения. Затем разведданные рассылались в части.

На аэродром то и дело садились самолеты разных типов. Однажды приземлилась не совсем обычная машина и зарулила на стоянку рядом с походными автофотолабораториями. По трапу не спеша сошел среднего роста стройный военный в сопровождении нескольких человек.

–  Товарищ лейтенант! Кажется, к нам высокое начальство идет!
– крикнул шофер-лаборант ефрейтор Р. Ромазанов, первым заметивший группу.

Лейтенант Павленко быстро подтянул ремень, одернул гимнастерку и опрометью выскочил из машины. Петр взглянул на идущего впереди. Давно знакомые черты. Да это же Маршал Советского Союза Семен Михайлович Буденный! Сомнений быть не могло. Павленко видел его в Москве во время парадов на Красной площади и на репетициях на Центральном аэродроме. Военная форма ладно сидела на Буденном, в петлицах кителя большие звезды, обрамленные лавровыми ветвями, - знаки различия маршала; грудь украшали многие боевые ордена. Смуглое живое лицо Семена Михайловича с черными сверкающими глазами и пышными усами выражало волю, решимость.

Буденный шел легкой походкой в сопровождении семи-восьми генералов и полковников. В голове Петра промелькнула догадка, что это и есть та самая оперативная группа главнокомандующего войсками Юго-Западного направления, которая должна прибыть в 9-ю армию. О том, что маршал Буденный назначен главкомом, он слышал по радио еще 10 июля, да и в штабе об этом много говорили.

Павленко поспешил навстречу главкому. Остановившись в нескольких шагах, громко и четко отрапортовал:

–  Товарищ Маршал Советского Союза! Специалисты фотослужбы ВВС девятой армии занимаются обработкой материалов последнего воздушного фотографирования войск противника.

Семен Михайлович тепло поздоровался, смерил взглядом молодого лейтенанта, как бы оценивая его. Среднего роста, коренастый, живое, энергичное лицо, молодцеватая выправка. Настоящий кадровый командир. [20]

–  Когда самолеты возвратились с разведки?
– спросил Буденный.

–  Два часа тому назад, товарищ маршал.

–  Сможете сказать, какие данные они привезли?

–  Смогу. Аэрофотоснимки уже отдешифрированы.

–  Тогда показывайте.
– И Буденный направился к стоявшему неподалеку специальному автобусу - походной автофотолаборатории. Вплотную прижатый к машине, с теневой стороны стоял огромный стол, предназначенный для фотограмметрических работ. На столе лежали отдешифрированные фотосхемы с составленными легендами.

–  Доложите, что там заснято, - приказал Буденный и сел на поданный ему раскладной стул.

–  Из районов Шепетовка, Тернополь, Проскуров, - начал Петр, - по дорогам на Бердичев, Белую Церковь и Винницу, Умань в общем направлении на Кировоград движутся колонны танков, автомашин с пехотой, артиллерия - свыше тысячи единиц. Авангарды колонн сегодня к десяти часам утра достигли рубежа Белая Церковь - Умань…

Буденный подошел к фотосхеме и внимательно стал рассматривать мелкие квадратики, точечки заснятых танков и автомашин противника.

–  Быстро нанесите все эти данные на свою карту и срочно сообщите в Москву, - повернувшись к стоявшему рядом полковнику, сказал маршал.

–  Слушаюсь, - ответил тот и принялся за дело.

К походным фотолабораториям с шумом подъехала машина командующего войсками 9-й армии. Из нее вышел генерал-полковник Я. Т. Черевиченко и направился к С. М. Буденному. Они крепко пожали друг другу руки. Буденный, Черевиченко и прибывший вместе с командармом командующий ВВС 9-й армии генерал-майор авиации Ф. Н. Мичугин подошли к столу с фотосхемами и стали обмениваться мнениями.

Полковник, нанеся данные аэрофоторазведки на свою карту, взял лейтенанта Павленко под руку:

–  А теперь пойдемте к вам в машину писать донесение в Москву.

Они проворно зашли в автобус, в котором стоял огромный стол, тоже заваленный фотосхемами, Быстро составили нужный документ в Ставку Верховного Главнокомандования. [21]

Полковник легко, спортивно сбежал со ступенек автобуса и, остановившись, спросил:

–  А где у вас поблизости узел связи?

–  Не так далеко, в Жовтневе. Там находится штаб армии, там и узел связи, - ответил Петр.