– Ха! Сейчас проверим, съедобно это или нет, - отломив веточку, я пожевал краешек листа. Оценил вяжущий привкус и выплюнул зелень.
– Чай и есть.

– Ты что?!
– опешившие девчонки чуть не набросились с кулаками.
– А вдруг яд?!

– Не-а. Тогда они бы меня остановили, - я потыкал пальцем в шиноби.

Наша охрана убедительно притворялась частью окрестностей, и мелкие успели позабыть, что мы вообще-то не одни. Теперь взрослые неопределённо пожимали плечами, делая вид, что знать ничего не знают ни про какой чай, но детки заулыбались: простой способ определять съедобность им понравился.

Собрав листочки будущей заварки, потопали дальше. Я отметил полезные деревья на карте. Пока что никто не ныл. Перемещались мы с остановками, успевая передыхать, да и солнце жарило не так сильно, как в Конохе. Горный воздух был чище и прохладнее.

В ручье отыскался не только кресс, но и васаби. Пригодится, если наши охотники и рыболовы не облажаются. Зная принципиальность учителей, можно не сомневаться, они не постесняются устроить спартанскую недельку под девизом: "Что поймал - то и на зуб бросил!" Детский привес их не волнует. Похудел? Не страшно, дома отъешься.

Я оставил бригаду копать и рвать зелень, а сам полез на уступ.

Ого! Классный вид! Вся долина как на ладони.

На карте добавилось несколько любопытных пометок - потом сбегаю посмотреть.

– Ты как будто уже ходил в горы...

Ну надо же! Девушка-чунин. Я думал, она всю неделю будет нас игнорировать и говорить только с генинами.

– Случалось.

– И сюда забрался быстро. Двое из моих парней лезли бы дольше.

– Может, они просто тяжелее?

– Смешно, - она и вправду заулыбалась.
– Меня зовут Натсуко Умэ.

– Приятно познакомиться, Натсуко-сан. Я Хатаке Сёши.

– Ах, вон что, - протянула многозначительно, - из семьи Хатаке.

К чему это она?

Я осмотрелся. Бамбук здесь рос самый обычный. По сравнению с неохватными лесинами из Страны Травы семиметровые дудки казались тонкими и низкорослыми, но для готовки они не годились. Меня интересовали едва проклюнувшиеся ростки, высотой не больше локтя. К этому времени большинство молодых побегов давно переросли съедобный размер, но я надеялся отыскать несколько запоздавших.

Поиск напоминал сбор груздей. Приходилось точно так же бродить, внимательно осматриваясь, чтобы заметить место, где траву и опавшие листья приподнимает острая макушка.

Ага! Вот и росток! Я разгрёб лесную подстилку, обкопал находку и срезал толстый початок в обёртке чешуйчатых листьев. Вкусно запахло травяным соком. Ну, с почином!..

Минут через двадцать заплечная тара почти заполнилась. Можно было нахапать и больше, но я не стал. На жаре эти ростки долго не протянут, так что бегом вниз.

– Йу-ху!

Моя бригада по уши изгваздалась в грязи и траве, но настроения не потеряла.

– Сёши-кун, смотри! Мы нарвали болотную мяту, - радостная Этсу помахала душистым веником.

– Круто! Осталось посмотреть, что такого вкусного нашли жуки Шино и можно возвращаться.

– Ага!

Следуя за кикаичу, двинули к лесу. Насекомые плохо представляли детскую проходимость, и в некоторых местах мне пришлось перетаскивать мелких через буераки на закорках. Абураме смущался больше всех, но я его уверил, что обходя препятствия, мы потеряем гораздо больше времени. Так и шли. Пока не наткнулись на низкую звериную тропу, ведущую в нужном направлении.

Мы с Азами дружно ухватили остальных, заставляя присесть в траву. Я причуялся к окружающей чакре и шёпотом предупредил:

– Там впереди какое-то животное.

Инузука сняла с куста клочок пуха.

– Барсук!
– у неё аж глаза разгорелись, а клыки в хищной улыбке выглядели совершенно по-волчьи.

– Тихо!

Несмотря на некоторый опыт лесной жизни, охотиться мне раньше как-то не доводилось. Мясо я предпочитал уже разделанное без лишних копыт, потрохов и шкуры. Но завтра-послезавтра нас будут учить ставить силки и наглядно показывать, что каждая котлета, кроме морковной, когда-то хрюкала или кукарекала. Так чего тянуть? Попытка - не пытка!

Я решительно подобрал парочку угловатых камней, прокрался дальше в лес и понял, какие сладости унюхали жуки Абураме. Бива. Несколько деревьев на краю полянки были густо увешаны жёлто-рыжими плодами размером с абрикос. Барсук пировал на опавших фруктах и явно ничего не слышал из-за собственного чавканья и пыхтения. Серая задница с висячим хвостом довольно ворочалась.

Не давая себе времени на выдумывание сложных финтов, я собрал чакру в руке и прыгнул. А как только увидел вытянутую голову с длинными белыми полосками, швырнул камень.