Прием, оказанный нам в рубке, меня, прямо скажем, глубоко разочаровал. Все присутствующие члены экипажа оказались настолько заняты, что не обратили на нашу процессию никакого внимания. Первым вошел Макс с прикованным к правой руке Гостем. Десантники и офицеры штаба встали вдоль стены, направив оружие в спины озабоченным амфибиям. Гость заглянул через плечо вахтенного офицера на экран системы наведения и остолбенел. Я подошел поближе к мигающим всеми цветами радуги приборам, а Макс спрятал нож и негромко сказал:

— Доигрались, твари земноводные.

На расстоянии в одну сотую астрономической единицы от нашего звездолета дрейфовали три тяжелых крейсера Мобильного Флота клайров. Их орудия и пусковые установки были наведены прямо на нас. Весь большой обзорный экран занимало волевое лицо Великого Адмирала. Он лаконично и твердо требовал сдаться. Отвыкнув от галактического языка, я невольно вздрагивал, когда Адмирал брал запредельно высокую ноту, пропевая слово «уничтожены». «В случае отказа подчиниться вы будете немедленно уничтожены!»

Веселая перспектива. С таким противником межзвездному корыту амфибий было не справиться. Но и сдаваться они не собирались. Тактика кочевников известна — нашкодил и убегай. Только в этот раз было понятно, что у них ничего не выйдет. От одного крейсера убежать можно, от трех — никогда. Нам, кстати сказать, было не выгодно ни то, ни другое. Погибнуть, героически сражаясь в строю кочевников против своего родного флота, было глупо. Убежать вместе с «жабами», если им это все-таки удастся, и попасть в плен — глупо вдвойне. Нам был нужен Гость, а клайрам — восстановление «стерильности» карантинного пространства. Вот и ладненько! Где тут конфликт интересов? Забираем предводителя и сматываемся. А звездолет пусть вступает в последний и решительный бой. Я уже собрался поделиться своими размышлениями с Максом, как на экране, рядом с Адмиралом, появилось знакомое мне лицо. Красивые зеленые глаза внимательно разглядывали нашу компанию, вселяя в мою душу недобрые предчувствия. Наконец «художник-пейзажист», известный мне под именем Вик, наклонился к Адмиралу и что-то прошептал ему на ухо.

— Мы сможем отнестись к вам с большей долей лояльности, если еще до сдачи в плен вы арестуете этого человека, — сказал командующий Мобильным Флотом и указал на меня.

Еще никогда в жизни я не был объектом такого пристального внимания со стороны трех сотен чужаков и людей. От приборов на миг оторвались даже канониры, чего им нельзя было делать под страхом смерти. Гость нехорошо ухмыльнулся и поклонился Великому Адмиралу. Макс снова извлек финку и приставил ее к шее кочевника. Я уже обрел дар речи и вышел вперед.

— Господин Великий Адмирал Флота Галактики, я агент Планетарной Разведки…

— Нам известно, кто ты, — перебил меня Адмирал. — Ты тайный агент амфибий, завербованный на Конструкторе двенадцатого уровня и не сознавшийся в этом при профилактическом сканировании. Этого достаточно, чтобы наказать тебя смертью…

Экран погас, и в рубке на минуту воцарилась мертвая тишина. Не думаю, что амфибий занимало мое щекотливое положение. Им хватало своих забот. А вот Макс и штабные офицеры смотрели на меня с искренним любопытством. То же был вынужден делать и Гость, поскольку Макс, развернувшись ко мне сам, развернул и его.

— Что за ахинею нес этот старикан? — удивленно спросил киборг.

— Вик ему эту чушь напел. — Чтобы избежать дальнейших расспросов и смерти от рук клайров или своих соратников, мне следовало действовать. — Парень обиделся, что я выступал против него свидетелем в трибунале.

Макс хитро прищурился, но кивнул. Остальные десантники, приняв мою версию без раздумий, обеспокоенно уставились на экраны. Гость мне не поверил. Он попытался извернуться в руках Макса и заглянуть в мои глаза, но кибер не дремал. Он прижал нож к горлу кочевника покрепче и предложил:

— Летим на Землю, шеф. Нас поджарят здесь, как куропаток, а расколдовать народонаселение в таком аппетитном состоянии не удастся. Верно, кочевник?

— Я с вами совершенно согласен. — Гость судорожно сглотнул. — Раз обещал, надо выполнять…

— Штаны у него проверь, Максим Палыч, — усмехнулся стоящий неподалеку Гусев.

— Слушай, Гусев, внимательно. — Я отошел к двери, косясь на спешно готовящихся к космическому бою кочевников. — Сейчас все люди переходят на челнок, а ты с ребятами идешь последним и прикрываешь их отход. К бою с флотом готовятся пилоты, остальные «морячки» пойдут за вами, как только отвернетесь. Главное, запомни, надо доставить в укромное место Гостя! Если потребуется, завалите его своими телами, но на Землю опустите в целости и сохранности. Я отстану минут на десять. Если меня не дождетесь, стартуйте, командовать будет Кровицкий. Понял?

— Понял. А вы-то куда?

— В лазарет. Дай мне двоих. Там ведь наши раненые остались, забыл?

— Какие наши? Кравченко? С рукой простреленной? Так он уже здесь…

— Наши, Гусев, отныне, все, кто родился на Земле. Независимо от страны. Уловил?

— Так точно, — прапорщик немного смутился, — разрешите я с вами штабных пошлю? Чтобы сработанные «связки» не разбивать. В бою это важно.

— Согласен, — я пожал ему руку, — с богом!

К старту я успел.

Гостя привязали к удобному креслу, а рядом с ним посадили двоих десантников.