– Смотрите, кто вдруг стал собирателем земель! – Игорь угрожающе шагнул к Ермакову. – Ты вообще кто такой, откуда взялся?! И кто уполномочил тебя наводить мосты?!

– Я, – тихо проронил некто, сидящий в дальнем углу.

Воротов обернулся. Этого человека, войдя в отсек, он и не заметил. От его дружеского и немного ироничного взгляда Воротову стало неловко. Он шумно выдохнул и разжал ладони.

– Привет. Я так и знал, что это ты воду мутишь.

– Наоборот, я ее очищаю, – возразил человек. – А ты все такой же прямой и недоверчивый. Это хорошо.

– Не для всех, – Воротов перевел грозный взгляд на Бородача.

Тот кисло ухмыльнулся.

– Князь Василий временно под моей защитой, – спокойно пояснил человек. – Ты же не станешь драться еще и со мной? Успокойся и выслушай нас.

– Я спокоен, – Воротов сложил руки на груди. – Весь сплошное внимание.

Высказаться человеку не дали. На пульте гиперсвязи пискнул сигнал приема.

– Мы что-то пропустили?

Все обернулись к возникшей над проекторной платформой голограмме. Там стояли фантомы Вальтера, бургомистра космического города Эйзен и мастера Толстова с Медеи. Похоже, оба были слегка под мухой, но держались на ногах крепко. Наверное, приняли для храбрости.

– А это еще что за фокус?! – совсем растерялся Воротов. – Коалиция каяться пришла?

– Не вся, – Вальтер смело взглянул на полковника. – А что, вас это не устраивает?

– Да отчего же не устраивает? – Воротов хмыкнул. – Верной дорогой идете, граждане. Чего стоите, располагайтесь.

– Не смешно, – буркнул Толстов. – Мастер Ван, мы поговорили с Ларошем и Кивве. Старт и Натали готовы обсудить условия перемирия. Старт в большей степени.

– А чем не устроило мое предложение господина Кивве?

– Пока не вернется Преображенский, он намерен воздерживаться от активных действий. А там будет видно. В стане Коалиции вообще сейчас неуютно. Щукин исчез одновременно с Великим Князем, чиниды заняты формированием новой армии. Колонисты чувствуют себя брошенными. Так что перспективы Коалиции неопределенны и в разговорах все чаще проскальзывают мысли о том, что ОВК было не худшим государством.

– Тоже неплохо.

– Ну ты, Ваня, даешь! – удивленно проронил Воротов. – Как ты их всех убеждаешь, какими такими словами?

– Обычными, – «господин Ван» улыбнулся. – Добрыми.

– Хитришь ты, Ван Ли, как всегда. Теперь мне понятно, почему состоялись переговоры, и многое другое тоже. Непонятно только, чем это закончится.

– Наберись терпения, полковник, скоро все прояснится.

– Да? Скоро, это когда? – Воротов скептически покачал головой. – И почему нельзя было начать этот «развод» месяцем раньше?

– Месяц назад меня здесь не было.

– Ах да, ты же погиб на Ромме! – Игорь фарисейски всплеснул руками. – Как я мог забыть?! Наверное, это потому, что ты сидишь передо мной, как живой, и даже не думаешь разлагаться. Если ты сумел восстать из мертвых, почему явился только сейчас, когда уже поздно метаться и мирить расплевавшихся союзников?!

– Мирить вас пока еще не поздно, – Ван Ли на пламенную речь Игоря не отреагировал ровным счетом никак. – Скоро вернется Преображенский, и вы убедитесь, что я был прав. А до того момента надо всего лишь сохранить относительный мир.

– Мир-то худо-бедно установился, но, как ни печально, приходится признать, что фактически… – Воротов поднял указательный палец, – фактически ОВК перестало существовать!

– Игорь, все не так плохо, – возразил Вяземский, – я думаю.

В поисках поддержки он обвел взглядом остальных. Бородач поднял глаза к потолку и лениво пожал плечами. Ермаков смотрел на Воротова с осуждением, как на человека близкого к панике. Вальтер и Толстов косились на Ван Ли. И все молчали.

– Я понимаю, что сейчас трудно поверить в лучшие времена, – неторопливо произнес Ван Ли. – Но скоро они наступят. Воспользуйтесь передышкой, друзья мои, приведите в порядок мысли и восстановите силы. Они понадобятся вам для созидания. Пока не появится князь Сергей, вы можете отдохнуть.

– А если вместо него тут Щукин появится с «золотой ордой» или Ергелан? – процедил Бородач.

– Ты же слышал, что сказали наши друзья-колонисты.

– Вот-вот. Или они ударят…

– Ничего не будет, – Ван Ли встал. – Летите по домам и ждите. Просто ждите…

…Сначала Горохов решил, что отбросил копыта. В смысле – отложил ложку, дал дуба, склеил ласты, сыграл в ящик, вышел в тираж, приказал долго жить, присоединился к молчаливому большинству и так далее. Вариантов именования сего трагичного события он знал не меньше сотни и еще столько же мог выдумать, не сходя с места. Все вокруг было беломраморное, как в дорогом фамильном склепе. Немного поразмыслив, он отогнал мрачные предположения. У его семьи фамильного склепа отродясь не бывало, а в чужой – кто бы его уложил? К тому же лейтенант чувствовал себя вполне живым и практически здоровым. Руки-ноги двигались, глаза смотрели, уши слышали, а язык был готов выдать комментарий на любую тему.