Пальцами он сжал её бедро, соблазнительно оголённое разрезом. Затем, раздвинул дорогую ткань в стороны, крепче хватая её за бёдра, и одним резким движение, усадил на барную стойку. Джуд сорвал её трусики, и, расстегнув свои брюки, сбросил их на пол.

Их губы снова столкнулись, пока он проникнул пальцами в неё.

Он зарычал в её открытый рот:

– Ты такая мокрая.

– Возможно, я развлекалась в лимузине, по дороге сюда.

Он отстранился и заглянул в её игривые голубые глаза.

– Ты мастурбировала, по дороге сюда?

– Как будто, ты не фантазировал обо мне, - промурлыкала она.

Мысль о том, что она мастурбировала в лимузине Гейтса, направляясь на встречу к Джуду, заставила её громко хохотать.

– Ещё как фантазировал, - прошептал он, двигая пальцами внутри неё. – Это чертовски заводит, думать, как ты это делаешь.

– Если будешь себя хорошо вести, возможно, я позволю тебе посмотреть на это, - подмигнула она, и запрокинула голову, потому что его пальцы творили нечто волшебное.

Он вытащил пальцы, и уже секунду спустя заполнил её своим членом. Она задохнулась от такого внезапной перемены. Чёрт, он огромный.

Он снова вошёл в неё, жестче, чем в предыдущий раз, и наклонился к ней.

– Думаю, мне не удастся наблюдать сие действо, потому что, я собираюсь быть очень, очень плохим, - последние слова он сопроводил мощными толчками.

Она застонала от удовольствия. Именно это ей было нужно, после ужасного вечера. Нет, это было то, в чём она нуждалась постоянно. Ей нужно было забыть о Гейтсе, и школе, её родителях, и Пейсе, и прочей чепухе её жизни, и потеряться в этой фантазии. В Джуде.

Он схватил её за волосы, и потянул назад, открывая доступ к шее. Покусывая и посасывая её до тех пор, пока она не покраснела и не начала саднить. Всё это время, он удерживал постоянный ритм, неся её в объятья оргазма. Она ощущала, как неделями копившееся чувство разочарования покидало её тело. Конечно, она была с Гейтсом, но это несравнимо. Ничто не может сравниться с этими ощущениями.

– Жестче, - простонала она. Ей хотелось его так глубоко, так грубо, и жестко, чтобы кроме него, она ничего не чувствовала.

Джуд отпустил её волосы, и усмехнулся в ответ. В его взгляде читалось, что вызов он принял. В мгновение ока, он поднял её с барной стойки, и уложил на плюшевый ковёр. Прильнув к ней, он запрокинул обе её ноги себе на плечи, бёдра оторвал от пола, и вошёл так глубоко, как только мог.

Она вскрикнула, потому что ощущения балансировали между удовольствием и болью. Но она не остановила его. Ей это нравилось. Она хотела именно этого.

Чёрт, она сейчас кончит.

Оргазм потряс её тело, как взрыв в ночной тишине. Её глаза зажмурились, а пальцы ног скрутились. Она видела звёзды, задыхаясь и тяжело дыша, лёжа на полу.

Джуд насладился волной удовольствия сразу же за ней. И сейчас так же тяжело дышал привав сверху.

– О, Боже Мой, - пробормотала она.

– Что ты сказала? – спросил он.

– Я рада, что обладаю такой гибкостью. – Она медленно опустила ноги с его плеч, и обвила его. Их тела были словно желе, которое покачивалось от их собственного желания. Брайна боялась, что будет просто не в состоянии сейчас встать.

Он нежно убрал золотые локоны, закрывающие её лицо, поцеловал припухшие губы, а затем улыбнулся, необычно глядя прямо в глаза.

– Что? – Прошептала она.

– Ты такая красивая.

Она удовлетворённо вздохнула.

– Не такой реакции я ожидала на комментарий о моей гибкости, но комплимент принят.

Он рассмеялся, и чмокнул её в кончик носа.

– У нас ещё целая ночь впереди, чтобы проверить насколько ты гибкая.

– Эм, я так не думаю.

Брайна выбралась из-под него, встала на нетвёрдые ноги и поправила платье. Она была уверена, что её волосы находились в полном беспорядке из-за ковра, макияж размазался, а трусики сорваны и выброшены прочь. Она даже не видела, куда Джуд их бросил. И нельзя не заметить состояние её шеи. У неё были глубокие сомнения, что ей удастся самой скрыть эти следы. Вероятно, именно на это он и надеялся.

Джуд тоже поднялся и натянул свои боксёры.

– Ты хочешь уйти?
– Спросил он в недоумении.

– В прошлый раз, ты ушёл от меня, - напомнила она ему. Ага! А вот, и её трусики. Она подняла их с пола и быстро надела.

– Так будет честно. Теперь я исчезну на пять недель.

Он посмотрел вниз под ноги, а потом снова на неё. Кажется, он сомневался, был не уверен и полон сожаления.

– Меня действительно, не было в городе всё это время.

– Это не объяснение. Это отговорка. А сейчас, я ухожу.