– Где познакомились, при каких обстоятельствах, чем он тебя зацепил? – не обращая внимания на реплики майора, спросил Джонатан.

– Здесь, – Эфиоп встретился взглядом с полковником и медленно поднес указательный палец к виску.

– Ты фиги нам не крути! – прикрикнул Федотов.

– Тихо! – Джонатан поднял руку, осаживая майора. – Вахоб… – он не отвел взгляд, – я правильно тебя понял, ты слышал его голос… в своей голове?

– Под психа решил закосить? – по-своему сформулировал Федотов.

– Ты правильно понял, полковник, – Эфиоп враждебно взглянул на майора. – А ты нет.

– Ты что, баран вонючий, думаешь, мы поверим в твои арабские сказки?! – возмутился майор. – Отвечай по существу, нерусь черножопая!

Федотов попытался пнуть сидящего пленника, причем целил явно в лицо, но майора снова придержал Джонатан.

– Да ты, гоблин, скрытый фашист? – с усмешкой спросил Вахоб.

– Что?! – физиономию майора перекосила злобная гримаса.

– Ты разве не в курсе, что все граждане страны называются россиянами, независимо от национальности?

– Я тебе сейчас… – майор вновь попытался засветить Эфиопу ботинком в лицо, но и эту попытку подавления инакомыслия пресек Джонатан. Он легко приподнял и переставил майора на новое место, подальше от арестанта.

– Брэк!

– Нет, ты слышал, что он сказал?! Обозвал меня!

– Это ты его обозвал, а он только спросил. – Джонатан повысил голос: – Все, закрыли тему! Эфиоп, подъем, поедешь со мной.

– Ему только этого и надо, – буркнул Вахоб, поднимаясь на ноги.

– Кому? – заинтересовался Джонатан.

– Слышь, разведка, – вмешался Федотов, – погоди! Сегодня твоих особых полномочий не хватит. Этот фрукт – не субтильная барышня с неясными прегрешениями. Этот… россиянин… уже двенадцать лет в розыске по всем смертным грехам. Не получится у тебя фокус!

– Получится, – Джонатан вынул из кармана телефон. – Сейчас будут полномочия.

– Ну-ну, – Федотов сложил руки на груди и встал, демонстративно загородив проход. – Звони, звони.

Джонатан опустил руку с телефоном и сменил тон:

– Пойми меня правильно, майор. Вариантов нет. Эфиоп знает, как выйти на главного врага всех наших с тобой подопечных. Понимаешь, о ком я?

– Может быть, – Федотов пожал плечами. – Что с того?

– А то, что мы вполне можем договориться по-хорошему. Он сдает мне врага, я его прижимаю, использую, беру все свое и сплавляю тебе олигархов с потрохами.

– Скорее потроха и будут «всем твоим», а мне только потрошенные тушки достанутся, – майор усмехнулся и покачал головой. – Совсем за пацана меня не держи, ладно? У меня в последнее время возникают обоснованные подозрения, что ты ведешь свою игру, разведка. И не очень чистую!

– Намекаешь, что я прикрываю Островского и компанию? – Джонатан слегка улыбнулся.

– А что, угадал? – Федотов хитро прищурился. – Много платят?

– Лично я дал бы в рыло за такие предъявы, – проворчал Эфиоп, снова усаживаясь к стеночке.

– Не хочешь дружить, да, майор? – Джонатан с деланым сожалением вздохнул и открыл телефон. – Хрен с тобой, золотая рыбка, плавай в этом дерьме самостоятельно. Алло… Николай Васильевич, здравия желаю. Да, я. Нет, ничего такого не случилось, рутина, но очень уж затягивает. Нет, на самом деле не рутина, а конкретные личности процесс затягивают. Да вы его и не знаете, наверное. Майор Федотов. Клиента не отдает. Говорит, шибко в розыске. Да, вот и я смеюсь: раз поймали, значит, уже и не в розыске. Кто не знает? Знает о моих полномочиях получше меня самого, не первый день работаем. Да, и все равно саботирует. Нет, вы лучше посыльного с бумагой отправьте. Да, так надежнее будет. Нет, не долго, я же здесь, в спецсекторе, в «камере люкс». Хорошо, жду. Кому привет? А-а, капитану Федотову, ладно, передам.

Джонатан закрыл трубку и выразительно взглянул на посеревшего от злости Федотова.

– Сам нарвался… капитан, – усмехнулся Эфиоп.

– Молчи, – строго приказал Джонатан, – не то лично застрелю тебя при попытке к бегству. А ты, Федотов, не держи зла. Просто не твой день.

– Пошел ты… вы… товарищ полковник… – прошипел Федотов и, резко развернувшись, вышел из камеры.

– Он и так сдался бы, – Эфиоп снова встал. – Звонить было необязательно.

– Я и не звонил, – Джонатан пожал плечами. – Взял на пушку в чистом виде. Жалко, что поссорились, но уговаривать некогда. Времени в обрез. Руки за спину и марш вперед. И не дергаться, понял?

– Ты меня знаешь, начальник, – спокойно ответил Эфиоп. – Я долги всегда отдаю. Только один вопрос, можно?

– Жизнь гарантирую, – разведчик указал на дверь. – Шагом марш.

– Больше вопросов не имею, – Эфиоп заложил руки за спину и двинулся на выход.

– Зато я имею, – Джонатан вдруг придержал его за плечо. – Что ты хотел сказать?

– Когда? – Вахоб удивленно поднял брови. – А-а, насчет нанимателя… это так… мысли вслух. Версия.

– Поделись, – Джонатан приготовился было слушать, но его и на этот раз отвлекли. Правда, теперь это была не возмущенная реплика майора, а звонок телефона. Разведчик подал Эфиопу знак придержать фразу и ответил на звонок: