— Тема такая, — заявил один из окруживших пленников бойцов. — Просрали вы родину, мусора. Черножопых аж до полярного круга пропустили. Типа, все люди братья, да? Чего ты вылупился, капитан? — Он тяжело пнул офицера в живот, и тот согнулся пополам. — Не нравится? Ты еще у меня землю жрать будешь, гнида, если террористы тебя раньше не замочат! Где вы были, когда они тут свои базы устраивали и оружие скупали, а? Теперь прячетесь, суки, за броней? А мы чего должны делать? Ждать, когда нас на елках развесят, как конфетки? Что, не согласен? Ты, старшина, согласен, я спрашиваю?!

— Согласен, — торопливо ответил старшина. — Слушайте, ребята, мы же на одной стороне!

— Чего? — говорливый боевик наклонился и плюнул ему в лицо. — Вот твоя сторона, мусор!

Он выпрямился и окинул взглядом свою компанию.

— Ну и чего с ними будем делать?

— Замочим, — предложил один, приставляя к голове старшины автомат. — А можно для начала опустить…

— Ты же не на зоне, Лом, тебе девок мало? Вон там в лесу их теперь, как зайцев, под каждым кустом по пять штук прячется…

— Тогда просто уроем, — Лом поставил автомат на предохранитель и резко ударил старшину прикладом в затылок.

Милиционер упал лицом в грязный снег и дернул ногами.

— Это дело, — одобрил главарь. — Месите их.

Мрачная толпа бандитов сошлась в круг и молча заработала ногами и прикладами. Спустя минуту все было кончено.

Пашков присел в угол и вытер со лба невесть откуда взявшийся пот. Веры рядом не оказалось, наверное, она снова спряталась в архиве и сидела там ни жива ни мертва. Впрочем, так было даже лучше. Чем могла обернуться встреча с бандой уголовников для доктора, было еще под вопросом, а вот перспективы Веры просматривались весьма отчетливо.

— Барабан, солдаты! — крикнул кто-то издалека.

— Успеем, — главарь усмехнулся. — Лес большой…

— Угрюмого завалили! — донеслось с другой стороны под аккомпанемент громкого топота.

— Не понял, а там кто? — главарь забеспокоился.

— Террористы эти долбаные, — голос-топот приблизился. — Да много их, как параши… — гонец запыхался. — В лес не сунешься… Мы там девку одну увидели, хотели поймать, а тут эти… Шмальнули — Угрюмого наглушняк… Ну, мы и сюда… В лес, короче, нельзя… К дороге надо…

— А там солдаты, — напомнил кто-то из толпы.

— Не гунди, — оборвал его главарь. — Пойдем полем, там овраг должен быть…

— Покосят нас в поле-то!

— Это еще неизвестно, а так — точно кранты. Двинули!

Далеко «двинуть» им не удалось. Те, кто зашел со стороны леса, были уже в деревне. Позади правления завязалась перестрелка, и Пашков в десятый раз похвалил себя за предусмотрительность. В кирпичном доме было все-таки поспокойнее. Конечно, до определенного момента…

Стрельба слышалась уже и с другой стороны, но там работали не только автоматы. К треску легкого оружия примешивался басовитый рокот крупнокалиберных пулеметов и взрывы гранат. Некоторые шальные пули пролетали неприятно близко. В правлении стало неуютно, и Пашков хотел уже переползти куда-нибудь в другое место, но в коридоре послышались тяжелые шаги и в соседнюю комнату ввалились двое бандитов.

— Лом, надо в лес дергать! — истерично прокричал один.

— Заткнись! — ответил Лом, открывая огонь короткими очередями через разбитое окно.

— Солдаты же, Лом! Уроют нас!

— Заткнись, падла! — голос бандита сорвался. — Стреляй, сука! Куда ты отползаешь?!

— Я ухожу, Лом!

— Уходи, — уже сквозь зубы процедил Лом и снова выстрелил. На этот раз выстрелы прозвучали слишком громко, и следом за ними послышался звук падающего тела. Судя по всему, паникер так никуда и не ушел. Лом дал еще несколько очередей через окно, затем громко выругался и пробормотал: — Прощай, славянка…

Топот его шагов затих в конце коридора, но на улицу бандит не выбежал.

— Лежать! Мордой в пол! — заорал кто-то.

— Свой я, братки, мирное население!

— Лежать! Ноги шире!

Пашков чуть привстал и выглянул на улицу. Рядом с сиротливой милицейской «шестеркой» стоял бронетранспортер, толпились солдаты и несколько человек в штатском. Еще четверо сидели на корточках, рассматривая трупы милиционеров. Над остывающими телами поднимались едва заметные струйки пара.

— Товарищ майор, — к сидящим офицерам подбежал молодой солдат, — разрешите обратиться… Там эти… террористы сдались!

— Что? — офицер поднял на воина удивленный взгляд. — Их же там целая рота, или разведчики с перепугу преувеличили?

— Никак нет, товарищ майор, под сотню человек! Когда мы их с фланга обошли, внезапно дождь пошел. У вас разве не было?

— Дождь? — командир коротко взглянул на небо. — Какой дождь? Ты что, причастился? Может быть, снег?

— Никак нет, товарищ майор! Дождь! Прямо с чистого неба! Да горячий, зараза, как летний. Нет, даже теплее, как душ какой-то. Лейтенант Федькин даже отдал приказ надеть ОЗК, но потом отменил. Дождь быстро кончился, да и неядовитый был вроде бы. Но эти террористы, словно сахарные, смотрим, растаяли. В смысле руки опустили, стрелять перестали и сдались…