Шрифт:
— Мысленно? — Девушка задумалась. — Вы считаете, что он телепат?
— Ну, ты же сама говорила: гипноз, охмурил за месяц полстраны… и все такое…
— Все такое он любит, — с ехидной усмешкой подтвердил Сергей Петрович. — Мужчина героических потребностей…
— Ой, а можно без уточнений? — недовольно попросила Даша.
— Нет, а все-таки, — продолжил Корнилов, — допустим, он принял тебя за одну из своих подружек — из тех, которые посвящены в его тайну, — и поздоровался… Что он там сказал?
— Да не помню я! — Даша прижала пальцы к вискам и зажмурилась. — Что-то про спектакль, кажется.
— Ага, — майор встал и прошелся по аппаратной, — ага… Спектакль… Ну и что это значит?
— Все, что угодно, — Даша взяла со столика сигарету и закурила. — Сейчас немного успокоюсь и пойду обратно. Надеюсь, он до того момента не завалится спать.
— Он перед сном обычно… — Сергей Петрович вновь расплылся в пошловатой улыбке, и на этот раз его остановил Корнилов.
— Мы так и не выяснили, куда он выходил перед тем, как встретиться с министром.
— На крышу, — охранник пожал плечами, — воздухом дышал после возлияний. По вечерам он часто там прогуливается.
— На крыше нет телекамер? — уточнил Корнилов.
— Нет, — подтвердил начальник охраны.
— А почему, когда он вернулся, в офисе не было ваших сотрудников?
— А зачем моим сотрудникам быть в офисе? Они стоят на утвержденных расписанием постах…
— Как же, в таком случае, они проглядели целую группу вооруженных офицеров, которая проникла в кабинет Адамова и устроила там настоящую засаду?
— Во-первых, это была не «группа», а министр обороны и его сотрудники… — попытался оправдаться Сергей Петрович, но Корнилов его перебил:
— И во-вторых, и в-третьих! Прокол вашей службы очевиден, но я спрашиваю о другом. Если военные не проходили мимо постов охраны, то каким образом они попали в помещение?
— Там, где нет постов, есть камеры, — Сергей Петрович упрямо покачал головой.
— Но факт остается фактом, — снова прервал его майор. — Семь человек материализовались в кабинете вашего босса, а охранники и электроника об этом ни сном, ни духом. Мистика?
— Никакой мистики, — вмешалась Даша. — Крыша.
— Вот именно — крыша! — Корнилов поднял вверх указательный палец. — Но там же прогуливался Адамов?
— Неувязочка, — заявила девушка, потушив сигарету в хрустальной пепельнице.
— Совершенно верно, — майор задумчиво потер подбородок, — неувязочка. То есть хозяин гулял не по тому маршруту, который избрали гости для проникновения в его обитель.
— Камер у нас нет только на крыше, — возразил Сергей Петрович. — Он мог быть только там! Не полетать же он отлучался!
— А что? — Корнилов приподнял брови. — Это мысль! Размяться немного решил господин Адамов, так, кружок-другой над заводом, и назад. И не ведал он, сердешный, что по оставленной им без присмотра крыше тем временем пробирались страшные злодеи…
— Да ладно вам! — охранник махнул рукой.
— А ничего другого в голову не приходит, — майор развел руками и добавил уже абсолютно серьезно: — Я бы посоветовал сейчас же поставить на крыше двойной пост, а завтра заняться оборудованием этого слабого участка камерами слежения.
Сергей Петрович нахмурился, но возражать не стал. Он отдал распоряжение свободной смене, и двое парней тут же отправились наверх, прихватив с собой пару переносных телекамер.
— Ну, все, я пошла, — Даша допила чай и решительно встала.
— Постой, — Корнилов взял девушку за плечи и посмотрел ей прямо в глаза.
— Что? — Даша немного удивилась такому поведению майора.
Корнилов, словно опомнившись, отпустил её и отвел взгляд в сторону.
— Ничего… Просто будь осторожнее. Тем более, раз он, как выяснилось, чуть ли не телепат.
— Да вы не волнуйтесь, товарищ майор, — девушка улыбнулась и указала на мониторы. — Вы же со мной?
— Если что случится, пока я добегу… — Корнилов вздохнул. — Может быть, «ствол» под дверью в кабинет положить?
— Я против! — вмешался Сергей Петрович.
— Не надо, — успокоила Даша их обоих. — Он не опасен, я это чувствую. Вы лучше за тылами наблюдайте. В свите министра не было Андреева, и лично меня беспокоит только это.
— Да, я тоже думаю, что подполковник здесь появится, — согласился Корнилов. — Вот только — когда?