– Сильный дождь?

– Похоже. У нас прохудилась крыша?

– Нет, а что?

– Ничего.

И Дейзи, не вдаваясь в объяснения, закрыла дверь.

Пол поставил машину и поднялся к себе. Усевшись за письменный стол, он хотел было приступить к новой главе, где его немая певица гуляет по крыше Оперы, но тут зажегся экран его смартфона.

Экран погас, и Пол вернулся к своему роману. Певица как раз шла по крыше, когда экран снова зажегся.

Пол положил телефон на стол. Как он ни старался на него не смотреть, его взгляд то и дело возвращался к экрану. Поняв, что силы воли у него не хватит, он убрал телефон в ящик стола, который, правда, оставил приоткрытым.

Миа бесшумно разделась, накинула банный халат и выглянула из спальни. Дейзи лежала на диване в гостиной и читала роман Пола. Миа вернулась в постель и еще целый час слушала голодное урчание у себя в животе.

Ему было совестно, что в последние дни он почти забросил свой роман. Вот и этот вечер не принес перемен. Ему хотелось переработать первые главы, чтобы они понравились Кионг. Та, правда, по-прежнему ему не отвечала, что его изрядно тревожило.

Он задернул шторы, погрузив комнату в темноту, зажег настольную лампу и сел за компьютер.

День получился плодотворным: десять страниц, пять чашек кофе, два литра воды и три пакетика чипсов за семь часов.

Теперь его мучил лютый голод. Он решил, что пора отвлечься от работы и спуститься в кафе. Это было не лучшее место в округе, но там он по крайней мере мог поесть не в одиночестве. Обычно он садился за стойку, и хозяин заведения развлекал его беседой. От него он узнавал местные новости: кто из соседей умер или развелся, кто переехал, какой магазин открылся, какой закрылся, где поменялось расписание работы. Заходила речь и о политических скандалах, о любопытных происшествиях в городе – обо всем этом Пол слышал от Усача (так он прозвал хозяина кафе).