Белый комбинезон, красная помада и красные туфли на высокой шпильке. На улице стоял декабрь, хоть и барселонский, но всё же зимний месяц. Поэтому я сверху надела укороченный меховой жилет серого цвета.

Не забыв про флешку с записью моего разговора с Маркусом Торо, я вышла на улицу ловить такси.

Я вышла из авто у здания компании Эскаланта. По взглядам встречных мужчин я поняла, что выгляжу достойно.

Изобразив на лице абсолютное высокомерие, я прошагала мимо административного островка и вошла в лифт. Я знала, на каком этаже находится его кабинет. Вернее, помнила.

Я была сердита, во мне буйствовала обида, но всё-таки пришлось заметить, как вокруг всё было стильно и роскошно. Этот офис вовсе не похож на место, где работает его семья. Там царили традиции веков, здесь же – новаторство. Всё зеркальное, бело-чёрное и натёртое до блеска.

Найти кабинет этого самовлюблённого тирана было несложно. К нему вели указатели, что не удивительно. Тешится, небось, каждый день, читая надписи «Президент компании Виктор Эскалант».

Уверенно цокая каблуками, я, игнорируя вскочившую мне навстречу секретаршу-модель, резко открыла дверь кабинета Эскаланта.

– Куда вы?! Нельзя без!..

– Мне можно! – я громко захлопнула дверь перед носом девушки.

Виктор Эскалант сидел за своим столом, в белой рубашке с подвернутыми рукавами и без галстука. Он поднял на меня глаза цвета шоколада и удивлённо приподнял свои тёмные брови.

Я эффектно прошагала к его столу. Не спуская с него глаз, громко хлопнула рукой и оставила на зеркальной чёрной поверхности флешку.

Невозмутимый Эскалант откинулся на спинку своего президентского кресла и скосил взгляд на принесённый мною предмет:

– И что это?

Мои губы искривила злобная улыбка:

– Доказательство того, что ты конкретно облажался!

Виктор издевательски усмехнулся и сложил перед собой руки, явно демонстрируя скуку и абсолютное невосприятие меня всерьёз:

– Я наивно полагал, что твоя страсть к интригам уже в прошлом.

Как же я разозлилась на него и на себя! Боже, неужели я могла любить этого человека?!

– Страсть к интригам?! – эхом повторила я и рассмеялась. – Какой же ты идиот, Эскалант!

Улыбка резко сошла с его губ, а глаза угрожающе заблестели.

Но мне было уже всё равно.

Я уперлась ладонями в столешницу его стола и чуть подалась вперёд. Чеканя каждое слово, вкладывая всю ненависть и презрение, я стала говорить то, что хотела сказать ему долгие три года.

– А теперь послушай меня! Ты превратил в бездушное и бессердечное чудовище когда-то милую и невинную девушку за то, что она посмела полюбить такого морального урода, как ты! Сделал мою жизнь адом, заставил меня желать смерти! Лишил всего хорошего, что у меня было. Ты сделал меня сукой, – я хмыкнула, – хотя за это тебе искреннее спасибо! Во всём, что случилось со мной, виновен ты! Только ты.

Он молча слушал, взирая на меня скучающим взглядом.

Я выпрямилась и гордо посмотрела на него сверху вниз:

– Тебе ведь было намного легче жить со своей мерзостью, думая, что я получила по заслугам! Просто так тебе становилось проще, меньше чувства вины за свой скотский поступок. И твой мозг, настолько сильный, чтобы управлять огромным бизнесом, оказался таким примитивным и глупым, чтобы разгадать бабский обман! Но теперь я приговариваю тебя к мучениям!

Я стала обходить стол, приближаясь к негодяю.

– Я хочу, что бы ты знал и чувствовал всю свою грязную и подлую вину! Хочу, чтобы ты думал об этом каждый час! Хочу, чтобы тебя мучили по ночам мысли о том, что потерял и кого предал!

Глаза Эскаланта сузились. Я развернула его кресло к себе и, упершись ладонями в подлокотники, приблизилась к его лицу вплотную:

– А ещё каждый раз, когда ты будешь трахать свою очередную тупоголовою шлюху, будешь вспоминать обо мне! О том, как я когда-то тебя целовала и как сильно ты хотел меня!

Он резко встал, и я отскочила на шаг, не позволяя ему ничего сделать.

Круто развернувшись, я направилась к выходу. Открыв дверь нараспашку, обернулась в огромном проеме и громко сказала, глядя мерзавцу в глаза:

– И ещё одно: пошёл ты, Эскалант!

Я даже не подумала закрыть за собой дверь.

В приемной охнули его подчинённые и проводили меня ошарашенными взглядами.

А на моих губах играла улыбка. Я была довольна собой. Предпоследнюю фразу я сказала экспромтом, опираясь на то, что является самым важным в жизни каждого мужчины – секс. Я не верила, что он настолько сильно желал меня, но знала, что первое время его сознание будет непроизвольно воспроизводить мои слова в самый ответственный для него момент. И это для меня было уже победой.