Он явно нехотя отстранился от меня, невесело усмехнулся:

— Если бы поцелуи могли избавить от Иоса…

Моих душевных сил хватило только на одно-единственное слово:

— Прости…

Уже несдерживаемые слезы катились по щекам, буквально подтверждая мое бессилие что-либо изменить.

— Ты ни в чем не виновата, — Клеон покачал головой. — Я отдаю тебе Дош.

— Что? — я от неожиданности даже решила, что ослышалась. — Но, Клеон, я…

— Я понимаю, — мягко перебил он мое сбивчивое бормотание, — ты решилась. Ты пришла бы ко мне сегодня и, быть может, мы с тобой оба хотя бы до утра поверили, что ничего между нами не изменилось, — с задумчивой нежностью он медленно провел пальцем по моим губам, скользнул по шее до ключицы и явно нехотя отстранился. — Но нет смысла тешить себя иллюзией. Я мог бы сказать, что моей любви хватит и на двоих. Но она тебе не нужна. И, скорее всего, теперь еще и противна, — он невесело усмехнулся и со спокойной серьезностью произнес: — Я отдаю тебе Дош. И ничего не нужно взамен.

Я не успела возразить. Клеон быстро произнес уже знакомые мне слова отречения, и в то же мгновение все изменилось…

Магия стремительно покинула мое тело…

Вся, до последней крупицы Дош…

Изумление в глазах Клеона исчезло, едва они стали ярко-изумрудного цвета…

— Что… что происходит? — пролепетала я, едва он отпустил мои руки.

Проигнорировав мой вопрос, Клеон сделал несколько осторожных шагов по палубе, словно проверяя свою способность ходить. Наконец бросил на меня совершенно бесстрастный взгляд.

— Дош… — я в ужасе зажала рот рукой.

— За твое неповиновение мне следовало бы тебя убить, — тем самым голосом, который я когда-то слышала в голове, произнес Клеон. — Но ты мне пока нужна.

Только сейчас я все поняла… Клеон! Клеон изначально был целью Дош! Но, видимо, не могло сложиться так, чтобы он оказался у Сердца. И именно поэтому понадобилась я… Не из-за Ивора, как я считала. Из-за Клеона…

— Ты все это подстроил, — прошептала я, схватившись за голову.

— Видишь ли, вы — слишком несовершенные существа, у вас есть величайшая слабость — чувства. Мне не дали уничтожить ваш род раньше, и теперь вы заполонили мой мир. Но на этот раз я не позволю Иосу одержать верх и заточить меня в этот проклятый кристалл, который вы называете Сердцем, — он подошел ко мне, остолбеневшей от ужаса. — Ты уже оказала мне услугу: помогла завладеть сильнейшим из Стражей. Сослужишь и еще одну. Иос непременно примчится за тобой, и я наконец-то смогу раз и навсегда разделаться с последним защитником человеческого рода.

— Это ужасно несправедливо, — тяжко вздыхала Валесия, сидя на кровати и обмахиваясь веером. — Мне и так до жути надоело торчать на этом вечно шатающемся корабле, а теперь еще и неизвестно, когда на суше окажемся.

— Если бы на суше. Вполне может быть, что и на дне морском, — устало пробормотала я. — Но, что еще вероятней, просто-напросто умрем от голода раньше, чем Ивор явится сюда.

— А нас что, кормить так и не будут? — дочь Правителя в изумлении округлила глаза и перевела растерянный взгляд на вышагивающего из угла в угол хмурого Одвара. Как будто ждала в ответ утешающее: «Нет, что ты, Дош как раз сейчас на кухне гремит кастрюльками, ужин нам готовит».

Взаперти мы сидели уже сутки. Видимо, не придумав ничего умнее, Клеон загнал всех в одну каюту. И с тех пор не появлялся. Наверное, торчал на палубе и высматривал Ивора. Хотя, мало ли, чем в свободное время обычно занимаются мятежные боги.

Удивительно, но спокойней всех к происходящему отнесся старый Аргун. Мол, подумаешь, одним воплотившимся Дош больше, одним меньше. И вот сейчас корабельный Мастер громогласно похрапывал, устроившись в большом кресле. Я сидела в точно таком же напротив, подтянув к себе ноги и обняв колени. И только Валесия почти не слазила с кровати, поясняя это тем, что если вдруг придется падать от ужаса в обморок, то пусть уж ей будет мягко.

— Скорей бы нас вызволили отсюда, — продолжала дочь Правителя. — Где там этого мага Иоса носит? — она нервно хихикнула. — Вот никогда бы не подумала, что буду ждать Иос в качестве спасителя! Забавно, конечно, получилось.

— Угу, очень, — мрачно буркнула я.

— Все упорно считали Иос — злом, а Дош — единственной от него защитой. Оказалось, все слегка наоборот… Но как так получилось-то? — Валесия обвела нас вопрошающим взглядом, будто бы кто-либо из присутствующих в каюте знал ответ.

— Меня больше волнует не то, как это получилось, а что дальше будет, — вздохнул Одвар. — То, что Дош пока не забрал Сердце Тариса, в голове не укладывается.

— Сначала он намерен победить Иос, — пояснила я. — Насколько я поняла, кристалл можно разбить только его осколком, а осколок у Ивора. То есть у Иоса.

— А зачем вас на Крайние острова-то потащило? — неожиданно поинтересовался Аргун, вдруг перестав храпеть и с любопытством нас разглядывая.

— На центральном острове находится башня, как у нас в Тарисе, — охотно ответила Валесия. — Создав кристалл, Лий поместил его именно там. Это потом уже зачем-то Сердце в Тарис перенесли. Скорее всего, этому Дош поспособствовал. Я читала в старых манускриптах, что в месте своего создания кристалл неуязвим. И если вернуть его в башню на Крайних островах, то они опустятся на морское дно, став недосягаемыми для кого бы то ни было. Но толку-то сейчас от этого?

— Получается, все маги Иоса, сами того не зная, стремились захватить Сердце не для того, чтобы уничтожить, а чтобы вернуть его сюда, — задумчиво пробормотал Одвар, садясь на кровати рядом с женой. — Кристалл был бы в недосягаемости, и разум Дош никогда бы не смог вырваться на свободу.

— Нам надо как-то отсюда выбраться! — решительно заявила Валесия. — Авиона! Ты же Страж! Давай вызволяй нас отсюда!

Я еле сдержалась, чтобы чем-нибудь не запустить ей в голову. Впрочем, и моего лютого взгляда оказалось достаточно.