— Авиона, — тихо произнес Ивор, не сводя с меня пристального взгляда, — прошу тебя, будь очень осторожна.

Раньше я бы, наверное, счастливо разрыдалась от его заботы. Но теперь смутная обида гасила все проявления чувств к Ивору. Пусть он и не был виноват в свойстве Иоса непременно вызывать ответную любовь, но я упорно не могла относиться к нему так, как раньше. Да, я его любила. И в то же время за эту навязанную против воли любовь практически ненавидела.

— Зачем ты приказал драконам напасть на Тарис? — холодно поинтересовалась я.

— Те драконы, все как один, были заклейменные Дош. И именно он их призвал. Правда, не понимаю зачем.

Зато я теперь понимала. Видимо, мятежному богу было необходимо окончательно внушить мне, что Иос — Зло, и спровоцировать Стражей на отречение от частиц силы Дош.

— Как ты вообще могла поверить, что это моих рук дело? — в голосе Ивора отчетливо слышался укор. В глаза же ему я старалась не смотреть.

— А тебе не кажется, что у меня имелись на то веские причины? — с вызовом парировала я.

— Ты про осколок? — он досадливо поморщился. — Авиона, пойми, я на эмоциях действовал. Был ведь уверен, что ты специально все подстроила. У меня тогда и мысли не возникло, что все совсем не так, что мои чувства к тебе на самом деле взаимны, — он ласково провел пальцами по моей щеке. Я тут же отпрянула в сторону.

— В любом случае, сейчас не время выяснять отношения, — бесстрастно ответила я. — Только, Ивор, — мой голос невольно дрогнул, — когда ты одолеешь Дош, что будет с Клеоном?

Он устало потер глаза.

— Думаю, ты и сама догадываешься.

— Он… умрет? — прошептала я, всей душой надеясь услышать обратное.

— Увы, теперь убить Дош можно только через смерть этого Стража, — Ивор смотрел на меня так пристально, словно пытался заглянуть в мои мысли. — Тебя настолько печалит его судьба?

— Да, его судьба меня печалит! — огрызнулась я. — Если тебе плевать, кого придется убить, то мне нет!

— А это не он ли тот Страж, который вроде как был твоим женихом? — он задумчиво нахмурился.

— Он больше мне не жених, — холодно парировала я и со злостью добавила: — Клеон — мой муж.

— Ты это серьезно? — Ивор, кажется, не поверил своим ушам.

— Серьезней некуда.

— Тогда заранее высказываю тебе свои соболезнования, — его глаза сузились от едва сдерживаемой злости.

— Спасибо, но я как-нибудь обойдусь и без них, — вот сейчас я точно могла сказать, что Ивора ненавижу.

— Ну что, вы закончили свои тайные обсуждения? — подскочила к нам «деликатная» Валесия. — А то мне с Авионой тоже посекретничать надо.

Теперь она уже за руку оттащила меня в сторону. И что это я всем так вдруг понадобилась?

— Вот, — она протянула мне тряпичный сверток, — думаю, тебе он нужней.

Я развернула мягкую ткань и изумленно уставилась на знакомый кинжал, когда-то подаренный мне Сарифом.

— Ты извини, что я его без спросу прихватила, но на рукояти такой узорчик миленький, просто не удержалась. Еще вот ножны с ремнем как раз под него подобрала. Надеюсь, без обид?

— Нет, что ты, — я вздохнула. — Раз ты взяла его, значит, так и должно было произойти.

Ни мгновения не сомневалась, что этот злосчастный кинжал еще сыграет свою роль. Но вот о том, какую именно, думать совсем не хотелось.

Побег с корабля оказался, как и предполагалось, спешным, сумбурным и даже хаотичным, несмотря на заранее выстроенный план. Я даже не стала обращать внимания на происходящее на палубе. Едва добравшись до перил, прыгнула в темноту ночного моря. Ледяная вода совсем не прибавила радости, но сетовать было некогда. Я поплыла прочь.

Если бы не расцвечивающие мрак сине-зеленые вспышки над кораблем, я бы просто-напросто не знала, куда плыть. А так черная громада острова отчетливо маячила впереди. Хотя цель и казалась совсем близкой, но я уже выбилась из сил еще на половине пути. Тяжелый пояс с кинжалом в ножнах от воды разбух и упорно тянул ко дну, да и вдобавок мне упорно чудилось, что Сердце Тариса норовит вот-вот выскользнуть из потайного кармана рубашки. Сами собой выступили слезы отчаяния, не переставала мысленно себя уговаривать: «Еще немного… потерпи… берег совсем близко… ты должна справиться…» И в то же время не покидала паническая уверенность, что море с будто бы растворенной в нем тьмой выжидает, когда я совсем обессилю, чтобы поглотить меня подобно ненасытному зверю. Удивительно, но происходящее сейчас на корабле меня волновало меньше всего. Пусть там и буквально решалась судьба всего нашего мира, пусть один из противников непременно погибнет — я не хотела об этом думать.

Видимо, смилостивившись, меня буквально вынесло на берег. Россыпь острых камней совсем не располагала к отдыху, кое-как отдышавшись, я поднялась на ноги. И тут же упала. Все тело трясло, оно словно бы умоляло о краткой передышке. Грохот столкнувшихся магий невыносимо бил по ушам, расцвечивающие ночь вспышки едва не слепили — я отвернулась от моря. Со второй попытки все же поднялась на дрожавшие от слабости ноги и огляделась. Скалистый пляж упирался в завалы огромных камней, которые при каждой сине-зеленой вспышке отбрасывали причудливые тени. Кажется, на этом острове не росло ни единой травинки, не говоря уже о кустах и деревьях. По крайней мере, вдоль берега точно. И хотя я от всей души надеялась сразу же увидеть башню, мои ожидания, увы, не оправдались. Оставалось идти наугад вглубь острова, надеясь, что с рассветом я смогу как следует оглядеться.