– Какой огромный город из досок! – удивилась женщина.

Ее спутник ответил:

– Из Игарки за рубеж продают около миллиона кубометров пиломатериалов.

– Так они весь лес вокруг города вырубят?

– Его поставляют сюда со всего Красноярского края, – ответил мужчина.

В это время раздался шум винтов самолета, все повернулись в сторону протоки и увидели самолет, взлетевший с острова, на котором размещался аэродром. Самолет сделал полукруг над городом и взял курс на юг, в сторону Красноярска.

Пассажиры толпой направились в центр города. В сотне метров от причала шла широкая улица, вдоль которой стояли новенькие двухэтажные деревянные дома. Они весело смотрели на прохожих окнами с резными наличниками. Высокие крылечки домов украшали точеные балясины.

– Почему здесь к дому делают такое высокое крыльцо? – спросила та же женщина своего спутника.

– Город построен на вечной мерзлоте. Чтобы она не оттаивала под домами от их теплоотдачи, устраивают холодные, неэксплуатируемые подполья, – ответил осведомленный мужчина.

Вдоль улицы не было деревьев, но стоял приятный крепкий сосновый запах, исходящий от домов, выстроенных из соснового бруса. Больше всего удивила мостовая, выполненная из досок.

– Разве здесь нет песка и щебня, чтобы строить дороги? – одолевала вопросами женщина своего спутника.

– Инертных материалов здесь достаточно. На болотистой тундре самая надежная дорога – гать из бревен, скрепленная досками. Такая дорога может плавать при подъеме воды.

В это время из-за поворота появился автобус, дорога слегка проседала и поскрипывала. Проехав мимо удивленных пассажиров парохода, он остановился на автобусной остановке.

Стоял полярный день, солнечные лучи заливали деревянные стены строений, отчего они казались ярко-желтыми. Отражаясь от стен и дороги, лучи слепили глаза. Многие экскурсанты, впервые попав в Заполярье, удивлялись и восхищались северной экзотикой. Постепенно подошли к театру. Двухэтажное здание было выстроено в традициях старинного деревянного зодчества. На афише увидели имена знакомых артистов, которые в послевоенные годы давно не появлялись на сценах столичных театров.

Вернувшись на пароход к обеду, люди узнали, что отплытие намечено на следующее утро. Глаша с группой пассажиров поехала на экскурсию в Игарскую научно-исследовательскую мерзлотную станцию, расположенную в Старом городе. Автобус из Нового города направился вдоль Енисея в южном направлении. Деревянная дорога проходила по трехкилометровому участку тундры, разделяющему город на две части. На протяжении всей дороги с правой стороны тянулись огромные штабеля досок на складе пиломатериалов, называемом биржей пиломатериалов.

Территория Мерзлотной станции, огороженная забором, включала в себя несколько аккуратных домиков, в которых размещались контора, квартира начальника станции и лаборатории. В центре на сохраняемом участке тундры стояла триангуляционная вышка. В одной из лабораторий экскурсантам предложили спуститься в подземелье на глубину шести метров. Оно представляло туннель в вечной мерзлоте, проложенный безо всяких креплений, стены которого напоминали слоеный пирог из чередующихся прослоек льда и грунта. Под ногами посетителей из стены выступал обуглившийся ствол дерева. Экскурсовод Павел Евдокимов рассказывал о вечной мерзлоте, он обратил внимание на ствол дерева и сказал, что углеводородный анализ указывает возраст дерева – более тридцати двух тысяч лет. Он интересно говорил о свойствах вечной мерзлоты, об особенностях строительства на ней. В туннеле несколько дверей вели в ниши, в которых размещались мерзлотные лаборатории. Открыв одну из дверей, экскурсовод пригласил посетителей в музей. Здесь перед ними предстали замороженные во льду рыбы, обитающие в Заполярье. В нишах, вырубленных в мерзлом грунте, стояли замороженные птицы и мелкие зверушки: соболь, белка, горностай и другие.

Вечером из клуба моряков, стоящего недалеко от причала, раздалась музыка духового оркестра. Знакомые мелодии разливались над Игарской протокой и манили к себе.

– Девчонки, пойдемте на танцы, – предложила попутчица Глаши своим подругам.

Ее сразу поддержали другие девочки, и все радостной группой побежали с парохода на берег. Вахтенный у трапа предупредил:

– Девчата, будьте осторожны.

– Чего нам надо бояться? – спросила бойкая девица.

– Моряки могут увезти за границу.

– Вот было бы здорово посмотреть заграницу!

– Долго не задерживайтесь, пароход рано уйдет в рейс, – крикнул вдогонку веселым девчатам вахтенный.

Поднявшись по высокому крыльцу и войдя в фойе, девочки остановились. Справа через открытую дверь виднелись столики ресторана, за некоторыми сидели мужчины в морской форме. Слева в танцевальном зале кружились редкие пары. Глаша робко вошла в зал и остановилась около входной двери, осматривая помещение. Она обратила внимание, что в зале больше мужчин, чем женщин. К вошедшим девушкам моментально подошли моряки и пригласили на танец. Перед Глашей остановился мужчина среднего роста в морской форме. Он сделал легкий поклон головой и произнес:

– Разрешите вас пригласить на танец?

– С удовольствием, – ответила Глаша.

Он подал ей руку. Она протянула свою, вторую положила ему на плечо, и они закружились в вихре вальса. «Как он легко вальсирует», – подумала Глаша.

– Вы давно живете в Игарке? – спросил моряк.

– Второй день, – ответила Глаша.

– Какое совпадение, я тоже второй день.

– Зачем вы сюда приехали?

– Случайно.

– Случайно в такую даль не заезжают.

– Вынужденная остановка в пути, я плыву до Дудинки.