Би потянулась к другой деревяшке и отломила ее. Теперь мы стояли друг против друга, с бутафорскими ветками наперевес и тяжело дыша.

– Я на них не работаю, – ответила Би, крепко сжимая в руке свою «палицу». – И Александр тут вообще ни при чем. Клянусь тебе, Харпер. Но только к Дэвиду тебе нельзя. Я не позволю.

– Он в беде! – закричала я, и грудь пронзила адская боль, не дав договорить.

Би кивнула и перехватила ветку.

– Может, и так, но только я дала ему слово.

Уж лучше бы она меня излупила.

– Что?

– Я пообещала Дэвиду, – призналась она, и у меня подкосились ноги. – Он знал, что ты его не отпустишь и будешь бороться, но только… – Она покрепче схватилась за ветку, и в ее глазах показались слезы. – Но только так для него будет лучше. – Теперь она уже умоляла. – Пожалуйста, Харпер, не вынуждай, ну прошу!

Тем временем Сара объявила о начале конкурса талантов. В колонках ревел какой-то гремучий джаз, но даже он не смог заглушить стоявший в моих ушах звон. Я прекрасно понимала, что сейчас движет подругой. Мы обе защищали Дэвида, и каждая по-своему. Инстинкты не заглушить, ты можешь убрать лишь источник угрозы. И этим источником была Би. Но и она не отступится до тех пор, пока не выполнит данную Дэвиду клятву.

– С ним ничего плохого не случится, – сказала она.

– Это неправда! – заорала я. – Потому что, если бы было правдой, меня не трясло бы как на пожаре!

Би качнула головой, и из ее гладкой прически выпало несколько белокурых прядок.

– Это единственный способ.

И с этими словами замахнулась на меня своей веткой. Я вскинула свою, отразив удар. Надо сказать, создатель бутафорского дерева потрудился на славу – у меня вибрация дошла до самых подмышек, но ветка сдюжила.

Навалившись всей массой, я стала выкручивать Би руки, пытаясь ее разоружить, но она оказалась готова. Упершись в пол ногами и скалясь от напряжения, она упорно не выпускала оружие из рук. И тут, сделав резкий выпад, Би умудрилась оттеснить меня назад.

– Какой еще способ? Для чего? – спросила я. – Чтобы он сбежал и попался в руки Александру с приспешниками, чтоб те захапали его и превратили в личную гадалку?

Скрипя зубами, я крепко сжимала свое импровизированное оружие, до ломоты в костяшках. Я позволила себя оттеснить, крепко-накрепко усвоив то, чему учила меня Сэйлор: поддайся, пусть они думают, что сила на их стороне. Самоуверенность противника может обернуться для тебя лишним шансом.

– Нет, – ответила Би. – Это единственный способ вернуться к нормальной жизни для каждого из нас.

Би напирала, я пятилась и, отступая, зацепилась шпилькой за бархатный полог кулис.

И вдруг меня ослепили прожекторы, зрители ахнули в едином порыве – что за…

Би на минуточку растерялась, обернулась влево.

О, черт!

Мы на сцене!

Бросив взгляд в зал, я сразу увидела своих родителей в первом ряду. Они растерянно качали головами, хмурясь в замешательстве. Бабушка Джуэл всплеснула руками, прикрыв рот.

Бабушки Марта и Мэй жевали лимонные леденцы, нимало не смутившись тем фактом, что их племянница только что сдернула штору и дерется с лучшей подругой, размахивая бутафорскими ветвями.

В колонках гремело что-то из «Лебединого озера», и тут я вспомнила про Ребекку в балетной пачке.

Она таращилась на нас из дальнего угла, замерев в балетной стойке: рука над головой, ноги во второй позиции.

Взревев, Би бросилась на меня и, размахнувшись, со всей силищи хватила по ноге. От боли в голове мигом прояснилось, и я ответила встречным ударом, парируя ее выпад с не меньшей дерзостью. Удар пришелся по ребрам, она качнулась, попятилась, заголосила:

– Пусть все идет своим чередом! Клянусь тебе, Харпер, так лучше!

Я бросила взгляд в зрительный зал, отыскивая Дэвида. Его сиденье и несколько соседних были пусты. Живот скрутило, грудь сдавило – не продохнуть.

Я зарычала и устремилась на Би.

– Блайз тоже так говорила! От ритуала все только выиграют. Посмотри, что с тобой сделали! Признайся честно… – У меня перехватило дух, когда Би саданула по моим костяшкам своей деревяшищей. – Вот лично тебе стало лучше?

Я уже сто раз пожалела, что выбрала для конкурса такой тесный костюм. Узкая юбка-футляр сковывала движения, и я сильно проигрывала в ловкости Би, которая вырядилась в просторное пышное платье и могла позволить себе недостижимую для меня маневренность.

Нас мотало по сцене, в колонках ревел балет, наши движения были так быстры, что казались размытой чередой бросков и выпадов, замахов и ударов. У Би растрепалась прическа, и белокурые локоны упали на лицо, взмокшее от пота и слез. Я и сама выглядела не лучше.

– Отпусти его! – вновь заорала Би, ткнув меня комлем в грудь. Я рухнула на колени. По залу пронесся единый вздох.

Опершись о пол, я попыталась отдышаться. Все тело ломило из-за того, что Дэвид в опасности, к тому же меня здорово потрепала Би. Всерьез я сражалась лишь с одним паладином – в тот вечер, когда погиб мистер Дюпон. И теперь каждая клеточка моего тела стремилась убить Би, уничтожить единственное препятствие, отделявшее меня от Дэвида. Но только на этот раз мой разум восстал против диких инстинктов.