– Ты поставил руны поверх старых, – продолжила я, обратившись к Райану.

Похоже, до него тоже начало доходить.

– Да там их штук сто в Магнолия-Хаус!

Я посмотрела на огромный особняк, где в свое время проходил Котильон, и увидела в небе светло-оранжевое свечение.

Не говоря ни слова, Райан развернул машину и помчался в его сторону.

Магнолия-Хаус стоял охваченный пламенем. Уж если Котильон не разрушил здание – хотя гибель была чертовски близка, – то этот пожар ему точно не пережить.

Мы немного посидели в машине, глядя, как языки пламени лижут окна здания, взбираясь по белому дереву и охватывая огромные колонны фасада.

– Как же так? – проронила Би.

– Александр наложил другие заклятья, – объяснила я, – чтобы удержать Дэвида в городе. Но они… не сработали. – Одно из верхних окон вдруг разлетелось стеклянными брызгами. Это была та самая спальня, где я впервые поцеловала Дэвида, когда наконец поняла, что связывало нас все эти годы.

– Надо найти Александра, – сказала я, хотя мне очень не хотелось произносить это вслух. – Может, хотя бы он остановит Дэвида.

Я и сама не верила, что эта затея выльется во что-нибудь путное. Я физически ощущала, как увеличивается между нами расстояние. Под ребрами, как второе сердце, стабильно пульсировала боль.

Я провалила свою задачу.

У меня была единственная миссия – оберегать Дэвида, а я не справилась. Хотя Сэйлор и предупреждала, что однажды мне придется спасать оракула от самого себя, я и понятия не имела, что получится именно так. Я представляла, как он изойдет пророчествами, которые спалят его разум, но никогда не думала, что он сбежит из города, сбежит от меня, оставив после себя такие разрушения.

В напряженном молчании мы выехали из города и свернули на проселочную дорогу – туда, где Александр устроил свою штаб-квартиру.

Я ждала, когда из темноты покажется тот самый дом с сияющими окнами. Мы подъезжали все ближе, и мрак становился все непрогляднее. Я нахмурилась и, подавшись вперед, начала пристально вглядываться в чернильную темень.

– Где же он? – пробормотала я, переведя взгляд на Райана. Тот ехал, крепко вцепившись в руль, и казалось, вот-вот его отломит. Вдруг Би судорожно вздохнула.

– Харпер, – прошептала она. – Смотри.

Эти руины уже нельзя было назвать жилищем.

Они больше смахивали на то, о чем рассказывал Райан в ту первую ночь. Обугленный дымоход в высокой траве да несколько шлакоблоков, разбросанных посреди пустого поля.

На одном из блоков сидел Александр, уныло подперев ладонью подбородок. На голове у него был бардак, в руках болтался нарядный галстук, и, кажется, он где-то успел опалить рукав пиджака.

– Ни хрена себе, – проронил Райан, заглушив мотор, и я придержала его за рубашку.

– Давай я схожу? – Мне отчего-то казалось, что это касается только нас с Александром.

Я готова была отстаивать свою точку зрения, но ни Би, ни Райан не проронили ни слова. Я отворила дверь и вышла из машины на подгибающихся ногах.

Под каблуками хрустели камни и битое стекло, платье цеплялось за колючки травы, но я упорно шла вперед. Луна еще не взошла, хотя небо было сплошь усыпано звездами.

И еще в нем витал дым. Не сказать, что много дыма, – мы достаточно отдалились от города. На горизонте маячило яркое зарево, и я грустно вздохнула при мысли о Магнолия-Хаус.

Родители, скорее всего, сбились с ног, разыскивая меня.

При моем приближении Александр приподнял голову, и на его лице проступила смертная тоска. Его глаза были налиты кровью и терялись под сетью морщин. Он улыбнулся, и на лице возникло одно из самых пугающих выражений, что мне доводилось видеть.

– Ну что, ты этого добивалась? – хрипло спросил он. В груди все болело и ныло – лишнее свидетельство того, что, где бы Дэвид ни находился, ему угрожала опасность. Я отрицательно качнула головой. Мне не хотелось отдавать его эфорам, но чтобы он сгинул – да так?.. Ах, если б он знал…

Может, именно это он увидел в ночь на поле для гольфа? Как пылает наш город, и я стою на покинутом поле и говорю с Александром? Кто ж его знает.

– Можете мне не верить, но я не имею к этому никакого отношения, – произнесла я, встав напротив. – Это дело рук Дэвида. Он… Он не хотел идти с вами, но и остаться не мог. – Слова застревали в горле. Произнося их, я поняла, что Дэвид поступил как надо. Во всяком случае, он выбрал лучшее из того, что могло прийти ему в голову.

Все быстротечно, и это пройдет.