Шрифт:
Что за блажь опять внезапно посетила Пасюка, он и сам не понял. Просто ему почему-то вдруг невыносимо захотелось отомстить этим гадам! Сначала им, а потом вернуться в ангар и всё-таки перебить «профессорских спасателей». Просто жуть, как захотелось! И Семена больше ничуть не смущал тот факт, что у него по-прежнему нет оружия.
Пасюк чуть спустился, покрепче уперся ногами в стенки и ударил кулаком в решетку…
Великая сила – эффект внезапности. Главное, использовать его правильно и хитро. Ведь если противник хорошо подготовлен, застать его врасплох не так-то просто. Вот тут-то и требуется сдобрить внезапность щепоткой хитрости.
Когда тяжеленная решетка колодца с лязгом сорвалась с места и взлетела на два метра над мостовой, охотники, конечно, раскрыли рты, но не растерялись. Они рефлекторно схватились за ружья и направили их на колодец. Однако, когда из колодца выпрыгнуло никакое не чудовище, а опять мокрый и грязный Семен, охотники расслабились, опустили оружие и заржали. Даже их надменный американский лидер заулыбался.
Вот в этот момент Пасюк и воспользовался эффектом внезапности. Он тоже расплылся в улыбке, а затем вдруг одним рывком сократил дистанцию и мощным апперкотом вырубил Джорджа. А буквально следующим движением Семен выдернул из ножен на поясе у американца нож и всадил его в шею Максу. Охотник, падая, развернулся на пол-оборота вокруг вертикальной оси, невольно направляя ружье на Артема. Всё, что оставалось Пасюку, – вовремя потянуть за спусковой крючок. Заряд картечи попал Артему чуть ниже грудины и отбросил охотника на пару метров.
На всё про всё ушло три секунды, не больше. Когда наступила развязка, упавшая решетка ещё гудела от удара о бетонную мостовую.
Где-то неподалеку послышались возбужденные голоса и топот, поэтому Семен не стал задерживаться. Он подтащил Джорджа к колодцу и столкнул вниз. Таким же образом он поступил с трупом Макса. Тело Артема Пасюк оставил на месте.
Схватив решетку, он спустился в колодец и закрыл за собой лаз.
Конечно, Пасюк не рассчитывал таким образом сбить с толку местную полицию. На мостовой остались кровавые следы. Да и какие-нибудь свидетели из соседних домов могли видеть, что произошло и куда подевался неуловимый мститель. Но какое-то время он выиграл.
«Вслед гранатами не забросают, и хорошо, – Семен спустился в коллектор и нашарил тела. – Вот и вы с дерьмом смешались, охотнички. Как вам новый статус?»
Пасюк стянул с Макса разгрузку, прихватил его рюкзак и принялся обшаривать карманы. В этот момент Джордж зашевелился, и Семену пришлось переключиться на американца. Выдумывать какую-то изощренную казнь он не стал. Пасюк просто взгромоздился на Джорджа и прижал его ко дну. Жертва задергалась, пытаясь высвободиться, но Семен держал крепко. Через пару минут противник обмяк.
Пасюк ухватил американца за разгрузку, сгреб другой рукой трофеи, снятые с Макса, и поплыл по течению.
Минут через двадцать шум потока изменился, Пасюк притормозил и пошарил руками по стенам. В правой стене коллектора он обнаружил большую дыру.
В разгрузке у Джорджа нашелся фонарик, и Семен осветил новый путь. Он оказался тупиковым боковым коридорчиком, но в конце имелся довольно просторный и сухой участок – пол коллектора там вздыбился, словно кто-то пнул по нему снизу.
Пасюк подплыл к «островку», забросил трофеи и взобрался на него сам. Тело Джорджа, после того, как снял всё ценное, он оставил в воде.
Результаты беглого осмотра награбленного не привели Пасюка в восторг, но всё равно порадовали. В кармашках двух разгрузок нашлось множество полезных мелочей, а в рюкзаках оказалось полно еды. Ещё Семен разжился приличной суммой денег и горстью золотых украшений. Всё-таки эти охотники были не чистыми ловцами атлантической живности. Бандитский промысел был для них равнозначной статьёй дохода. Теперь сомнений не осталось.
Пасюк осмотрел дробовики. В оружии он разбирался слабо, но такие названия, как «Ремингтон» и «Беретта» слышал. Похоже, с вооружением ему тоже повезло.
«Жить можно, – удовлетворенно заключил Семен, вскрывая банку консервов. – И на фиг не нужен жетон бойца МЧС. Сам по себе буду. Так проще и выгоднее. Да ещё с моими новыми талантами! Всех тут в кулаке буду держать!»
Семен отшвырнул пустую банку и тут же вскрыл новую. Аппетит разыгрался зверский. И перебить его не могла никакая вонь или воспоминания о том, как пировали на скалах атланты. Пасюк уловил ассоциацию и покосился на труп Джорджа.
Да, ситуация сложилась в чем-то схожая. Вода, камни, человеческое тело. Только пировал на камнях Семен, а не «атлантические лобстеры». И доедал он третью банку консервов, а не руку погибшего пассажира с борта А-517.
Пасюк вновь взглянул на тело. Оно медленно уплывало к главному коллектору.
Семен спрыгнул в воду, ухватил труп за ногу и вытянул на островок.
Зачем он так поступил? Этого Пасюк пока не знал, но чувствовал, что поступает правильно. Так «подсказывал» ему голодный до сих пор организм.
6
Возвращение резидента
Среди множества жизненных штампов самый популярный, пожалуй, это «закон парности». Он, кстати сказать, тесно связан с утверждением, что всё идет по спирали. Ведь «закон парности» срабатывает необязательно сразу, бывает, что проходит много лет, прежде чем ситуация повторяется на новом историческом витке. Веретенников прожил пока слишком мало, чтобы оценивать свой жизненный опыт в исторических масштабах, но в его личной истории закон сработал дважды только за последний год. Сначала вернулось старое прозвище, а вот теперь, похоже, возвращалась прежняя специальность. Во всяком случае, возвращался шанс поработать на государство и за границей, а не на Барона и дома.