Погоня продолжалась, а победой пока и не пахло. Вдобавок возникла опасность наткнуться ненароком на татарский разъезд. Надо было срочно что-то предпринимать. И Аскольд решился. Нещадно загнав лошадь, он взобрался на холм, благодаря чему резко сократил расстояние. Поняв это, беглец мгновенно изменил направление, устремившись к видневшимся невдалеке зарослям кустарника и низкорослых деревьев.

«Решил скрыться там», — догадался Аскольд и принялся еще сильнее нахлестывать бедное животное.

Он ворвался в мелколесье следом за монголом. И сразу увидел, что тот вместе с конем судорожно бьется в трясине. Козелец едва успел поднять на дыбы своего скакуна, чтобы не составить им компанию. Когда он осторожно подъехал к краю болота, Субудай уже погрузился по плечи. Его коня, издавшего предсмертное ржание, трясина поглотила полностью…

Аскольд выхватил меч и начал истово рубить ближайшую осинку. Обрубив сучья, он на животе подполз к монголу и протянул ему один конец.

— Держись! — крикнул козелец и потянул лесину на себя.

Но то ли ослабел монгол, то ли мокрое дерево оказалось скользким, только вырвался спасительный конец из рук Субудая. Старик посмотрел на Аскольда долгим благодарным взглядом, и болото приняло в свои недра очередную жертву. Аскольд в сердцах отбросил лесину и, выбравшись из осинника, тяжело опустился на траву. Жалко ему стало отчего-то человека, столь нелепо погибшего…

Пока козелец занимался подготовкой к будущему сражению с татарами, кое-кто в тевтонском замке вынашивал совсем иные планы. Рудольф после встречи с супругой своего товарища и спасителя буквально не находил себе места. Куда бы он ни шел, о чем бы и с кем бы ни говорил, перед глазами стояла Всеславна. Поначалу он еще старался избавиться от этого наваждения, но настырное чувство, исчезнув ненадолго, возвращалось с новой силой. А возобновившиеся после выздоровления Маргариты совместные конные прогулки еще более тому способствовали.

Рудольф долго думал, как ему поступить, и решил все же признаться гостье в любви. Не объяснив причины, он попросил сестру задержаться на некоторое время дома и присоединиться к ним со Всеславной чуть позже.

Княжна и племянник магистра выехали из замка вдвоем. Занятый мыслями, какие слова лучше подобрать, он не заметил, как изменилось вдруг настроение спутницы. Всеславне не хотелось оставаться наедине с юношей. Ее женское сердце отлично чувствовало его намерения.

Молодым людям встретилась поляна, сплошь покрытая цветами. Рудольф предложил подождать Маргариту здесь и подал Всеславне руку. Женщина охотно согласилась, поскольку обожала цветы. Они напоминали ей те далекие и счастливые дни, когда она жила в Козельске.

Рудольф, зная, что Всеславне нравится плести венки, нарвал ей целую охапку цветов. И она, забыв обо всем, всецело отдалась любимому занятию. Когда первый венок был готов, она, примерив его, шутливо спросила:

— Ну как, похож мой венок на корону?

Рудольф упал перед ней на колени.

— Ты — богиня! — воскликнул он. — Прости меня! Я не знаю, что с собой делать, но я люблю тебя! Я не могу жить без тебя! Я предлагаю тебе руку и сердце. Будь моей! Мы уедем в Рим. Я богат. Мы купим там поместье. А что тебя ждет с Аскольдом?.. Да, конечно, он мой друг, и по отношению к нему я, наверное, поступаю плохо. Но я люблю тебя. Я бы никогда не уехал от тебя, как он! Где его любовь? Да у него ее просто нет!..

Всеславна резко вырвала свою руку из его ладоней и, торопливо поднявшись, быстрой походкой направилась к лошади. Словно какая-то сила подняла ее над землей и бросила в седло. Натянув поводья пляшущего коня, она гневно взглянула сверху на Рудольфа:

— Я запрещаю тебе говорить на эту тему! Я люблю Аскольда. Он честный, порядочный человек. Он любит меня, любит свою землю. Поэтому он — там, лицом к лицу с врагом! И ничто, слышишь, ничто не сможет нас разъединить! Прощай!.. — она стегнула коня.

Возмущению Всеславны не было предела. Увидев скачущую навстречу Маргариту, она гордо проехала мимо. Та заметила, каким гневом пылало лицо гостьи, и догадалась, что случилось. Но девушка не знала, как ей утешить брата. Боль неразделенной любви была знакома и ей.

Слух о неудачном объяснении племянника дошел до магистра. Выбор Рудольфа его не устраивал: что может дать бедная княжна? Но вот как женщина… Здесь фон Зальц вполне понимал юношу. Потому и решил… помочь.

Какой уж день ждет Батый Субудая, а того все нет. Посланные во все концы на поиски полководца воины возвращаются ни с чем. Наступление приостановилось. А ведь до Чешского королевства — рукой подать! Затянувшееся топтание на месте многих начало раздражать. Победа над венграми вселила уверенность в своих силах, а тут…

И однажды под вечер у шатра джихангира собралась целая толпа. Тут были и братья Бату Шейбани, и Урду, и его сын Сартак, и ханы Гуюк, Хайдар, Буржек… Даже любимец хана Менгу — и тот был среди них. Присутствовали и тысяцкие: Кавгаден, Байдера, воин Ахмыл… Считай, весь курултай в сборе.