– Девчонки, что делаете после школы? – спросил Сэм. Я подняла взгляд и увидела, что он уже опустошил свою тарелку. Об аппетите этого парня впору легенды складывать. – Я подумал, мы могли бы где-нибудь поесть. Втроем.

Я улыбнулась.

Стейси с надеждой посмотрела на меня.

– Завтра я нянчусь с братцем, так что сегодня совершенно свободна. Лейла?

Учитывая, как повел себя Эббот прошлой ночью, он, вероятно, предпочтет, чтобы я сразу приехала домой. А этого мне хотелось меньше всего.

– Да, только отправлю эсэмэску Зейну, предупрежу его. – С Николаем я не переписывалась. – Думаю, проблем не будет.

– Ты должна пригласить его! – Она захлопала в ладоши, как тюлень ластами.

Брови Сэма взметнулись над стеклами очков, и я почти отвергла эту идею, но тут же схватила свой сотовый, решив: какого черта? В худшем случае Зейн скажет «нет». Не в первый раз.

– Я спрошу.

Стейси метнула на Сэма удивленный взгляд, когда я отправила сообщение.

Стейси и Сэм предлагают перекусить после школы. Не присоединишься к нам?

Я положила сотовый на стол возле своей тарелки, не ожидая быстрого ответа. Зейн, должно быть, спит. Бывали дни, когда он пропускал послеобеденный сон, но кто знает?

– Ты думаешь, он придет? – спросил Сэм, играя вилкой.

Я пожала плечами:

– Скорее всего, нет.

– Ну, а если придет, обещай, что не станешь приставать к нему с интервью. – Стейси замахнулась на него бутылкой с водой. – И не будешь вести себя, как восторженный поклонник. Это может его спугнуть, и он больше никогда не придет к нам.

Сэм усмехнулся.

– Обещаю.

Я в этом сомневалась. Пару раз, когда Сэму случалось оказаться рядом с Зейном, он впивался в него обожающим взглядом. Я не могла винить его за это. Стражи редко общались с людьми. Горожане в большинстве своем даже не подозревали, что самые обычные люди, которых они встречают на улицах, в магазинах или ресторанах, на самом деле – Стражи.

Стейси хихикнула.

– Есть какие-то идеи, где…

– Я? – раздался глубокий голос, который заставил мое сердце пропустить удар и одновременно ухнуть куда-то вниз. – Я здесь.

Нет, ни за что на свете Рот не должен находиться за нашим столиком. Эффект дежавю, подобный злой насмешке судьбы, ошеломил меня. Когда-то точно так же Рот появился в моей жизни, и я не могла поверить, что ему хватит наглости присоединиться к нам за ланчем. И вот все повторяется.

Мои губы сжались в тонкую линию, когда он сел рядом со мной без приглашения или ответа. Вместо оранжевого пластикового подноса он держал в руке пакет из «Макдоналдса». Уголок его губ дернулся вверх, когда он достал маленький белый лоток.

– Картошки?

Я сделала глубокий вдох.

– Нет.

– А я не откажусь. – Сэм потянулся через стол и схватил пару долек. – Рад, что ты вернулся. Мо-но – отстой. Помню, я тоже болел, когда мне было… ой! – Его глаза расширились, когда он повернулся к Стейси.

Она бросила на него многозначительный взгляд.

Ничуть не смутившись, Рот поставил лоток с картошкой на стол и достал гамбургер.

– Да, моно – это ад. Все равно что быть прикованным к постели цепями.

Я чуть не подавилась.

Завибрировал мой мобильник, и на экране высветилось сообщение от Зейна. Я не успела схватить трубку – ловкие пальцы Рота опередили меня.

– «Я заберу тебя из школы, и поедем». – Он выгнул бровь. – Вместе?

Мысленно извергая поток ругательств, я выхватила сотовый из его рук.

– Это неприлично – читать чужие сообщения.

– В самом деле?

– Да, – подтвердила Стейси. – Но я рада слышать, что Зейн присоединится к нам за ужином.

Губы Рота изогнулись, и после короткой паузы он произнес:

– Я тоже.

Не в силах сдержаться, я фыркнула.

Его глаза сузились, когда он посмотрел на меня.

– Ужин? – Сэм нахмурился. – Я думал, мы поедем сразу после школы? У меня на примете был итальянский ресторанчик – тут, по соседству. Не то чтобы ужин…

– Сэм, – вздохнула Стейси.

Рот ухмыльнулся.

– Ну да ладно, вернемся к моей персоне. Я выздоровел и вернулся. – Он скользнул по мне хитрым взглядом, от которого мне захотелось исколошматить его, вместо того чтобы по-детски плакать в подушку. – Уверен, что по мне скучали. – Он откусил большой кусок гамбургера и улыбнулся набитым ртом. – Очень.