– Нет. Плыть недолго.

Желающих отобрали быстро. Воздух наполнился радостью, счастьем и витавшими мыслями с одним лишь значением: «Спать!». Фид остался сидеть у костра. Почему-то Саша не сомневался, что из этого толстячка вырастет настоящий мужик, охотник, рыболов, мастер на все руки. Обязательно появится у него и хозяюшка-жена, которая скорее по-матерински влюбится в своего педантичного пузатика.

***

– Сколько раз объяснять? – потный Фид отобрал топор, продолжил: – Ещё один удар, и дерево свалится на тебя. Смотри: ствол качнулся в сторону подруба, так ты надави на него и тут же топором пару раз пройдись. Быстро. Вот так.

Мокрая, пахнущая морем сосна покорно упала по заданной ей траектории. Фид отдал топор трудяге лезвием к себе.

– Пусть девочки быстро протирают кору! Дерево влажное лишь снаружи, нам не надо, чтобы стало мокрым и внутри. А вы берите топоры и тщательно очищайте сосну от сучьев и веток… Да, Саш, ты что-то хотел?

– Поговорить. Отойдём?

Толстяк пошёл за Сашей. Оба сели под кронами раскатистой яблони, не цветущей, потому как выращенной Розой. Фид отдышался, мальчик терпеливо подождал.

– Фид, может, мне тоже чем-нибудь помочь? Я не могу просто сидеть.

– Вещи собрал?

Саша фыркнул:

– Нож, динамит, факела, кремень, огниво и еду? Кстати, а кто поплывёт вместе со мной? Сколько ребят?

Если бы толстяк не был красным, то тут же покраснел. Но он уже был таковым, поэтому просто опустил взгляд в землю.

– Понимаешь, Саш, у реки довольно быстрое течение, а сама она не очень-то и широкая. Камни на пути попадаются. Мы мастерим плот крепким и легкоуправляемым, а такой может быть только на одного человека…

– Теперь понятно всё! «Отдыхай, Сашуль, впереди путь тяжёлый» – конечно же, я так и поверил, что все мне это из-за доброты душевной говорят. А оказывается, просто хотят сплавить! Зачем страдать всем, если можно одному?

– Никто не хочет рисковать своими жизнями, – кивнул Фид. – А тебе сама судьба предлагает плыть на сражение с Существом.

– А если судьба ошибётся, и я умру?

– Тогда мы и начнём волноваться, – сказал очевидное Фид, проявляя черты настоящего русского человека: – Аукнется – мы и попытаемся что-нибудь сделать. Зачем стараться раньше времени, если беда ещё не наступала, а лишь готовиться проявиться?

***

Пока ребята строили плот, Саша успел собраться с мыслями, всё хорошенько обдумать и, как бонус, получил от разговорившегося Фида краткий урок управления плотом и преодоления различных препятствий: камней, завалов, порогов. Урок был теоретическим.

Плот готов. Фид любезно нацарапал на бревне название. Вопреки ожидаемого Сашей «Титаника», буквы гласили «Аврора». На борту уже лежали продукты, заботливо приготовленные девочками, хотя их никто и не просил. Саша поставил Розин рюкзак, набитый оружием. Фид торжественно вручил мальчику весло и, когда тот был на плоту, снял петлю с колышка, удерживающую «Аврору» у берега.

К всеобщему удивлению, «Аврора» поплыла против течения, словно ножом, прорезая водяной поток.

***

Прошло где-то два часа. Саша не умел рассчитывать время по движению солнца, поэтому цифра «два» возникла спонтанно. Мальчик сидел на корточках и оглядывал бегущие просторы. Весло он потерял, как только отплыл. Оно застряло в камне при попытке направить «Аврору», однако плот шёл сам. Сам огибал плохие участки. Похоже, судьба и вправду была на стороне Саши.

Справа, за полосой песчаного берега, земля проваливалась и высыхала. Каньоны. Река заворачивала, непокорно ударяясь об борт «Авроры», плывущей против течения. Неожиданно движение плота замедлилось, он с лёгкой встряской остановился на правом берегу у илистого спуска, за которым темнели тысячи верхушек хвойных деревьев.

«Аврора» замерла, словно под грузом невидимого якоря. Дошло до того, что Саша выбрался на берег и попытался толкнуть плот. Ни одно бревно не дёрнулось.

Горький аромат лесных трав и цветов привлёк Сашу своей резкостью. Наверху илистого спуска парила фея. Дикая фея. Абсолютно голая. Её волосы были подобны грубым корням с пробивающимися цветами, они прикрывали грудь. Волоски на паху, продолжая растительные ассоциации, походили на траву. Крылья заменяли ветки, являющиеся наружным продолжением лопаток. Они обозначили жуткий скелет крыльев летучей мыши.

Фея махала Саше, зовя за собой.

– Черти! – процитировал мальчик Розу и бросился к плоту.

Попробовал ещё раз оттолкнуть его и после неудачной попытки раскрыл рюкзак. Завёрнутый нож сжал в руке, динамит случайно уронил в воду. Ещё раз процитировал Розу, вздохнул и поднялся по спуску.

Лес и вправду был похож на темнохвойную тайгу, но чуть более плотную, если такое было возможным. Пихты, ели, сосны, кедры бесконечным частоколом тянулись в тёмную глубь леса. Участками подлесок отсутствовал, но в других же местах был весьма однообразен: лучи солнца не проникали дальше хвойных крон. Мальчик заметил можжевельник, жимолость, чернику и обилие мха.