Шрифт:
Алфиери. Но, Эдди, она уже женщина…
Эдди. Он хочет ее у меня украсть!
Алфиери. Ей пора замуж, Эдди. Ведь она не может выйти замуж за тебя?
Эдди(с бешенством). Что за чертовщину вы несете? Что вы говорите?!
Пауза.
Алфиери. Я дал вам совет, Эдди. Вот и все, что я мог сделать.
Эдди берет себя в руки. Пауза.
Эдди. Ну что ж, спасибо. Большое спасибо. Дело в том… сердце у меня разрывается, вот что. Я…
Алфиери. Понимаю. Выбросьте все это из головы. Постарайтесь!
Эдди. Я… (Чувствуя, что готов разрыдаться, беспомощно машет рукой.) Прощайте. (Уходит.)
Алфиери.
Случается, что хочется кричать И бить тревогу. А причины нет. Я знал, я знал в тот день. В тот самый вечер Я смог бы эту повесть досказать. В ней тайны ни на грош не оставалось. Я видел: словно тень скользящая по залу, Развязка шаг за шагом приближалась. Я знал, куда он клонит И чем он кончит, знал. И часто я сидел здесь вечерами И думал! Я разумный человек, А прекратить все это я не в силах. Однажды даже я пошел к соседке — Умнейшая старуха — и спросил, Как быть? Она лишь покачала головой: — «Молитесь за него». И вот. (Он садится.) Мне оставалось только ждать.Контора Алфиери погружается в темноту; свет загорается в квартире Эдди, где все сидят за столом; ужин подходит к концу. Молчание. Слышен только звон посуды.
Но вот Кэтрин поднимает голову.
Кэтрин. Знаете, где они уже побывали?
Биатрис. Где?
Кэтрин. Они плавали в Африку. На рыбачьей шхуне. (Эдди, который взглянул на нее.) Это правда, Эдди!
Эдди. Я ничего и не говорю. (Допив кофе, поднимается из-за стола.)
Кэтрин. А мне вот и за городом побывать не довелось.
Эдди(сидя в качалке и читая газету). Ничего не потеряла. (Пауза. Кэтрин выносит тарелки, Биатрис и Родольфо собирают грязную посуду.) И долго, Марко, вы до нее добирались, до этой Африки?
Марко. Дня два. Да, поплавали мы на своем веку немало…
Родольфо. Раз мы даже до Югославии дошли.
Эдди(Марко). А зарабатывали на этих шхунах прилично?
Марко. Когда рыба ловится, тогда платят.
Родольфо. Такие шхуны не каждый имеет. У нашей семьи шхуны не было. Вот мы и рыбачили только тогда, когда в чужой семье кто-нибудь заболевал.
Возвращается Кэтрин.
Биатрис. Вот чего в толк не возьму, Марко: в океане полно рыбы, а вы все голодаете.
Эдди. Надо иметь лодку, сети, а на это нужны деньги.
Биатрис. Хорошо, но разве они не могли бы удить рыбу с берега? На Кони-Айленд видишь столько рыболовов…
Марко. У нас сардины.
Эдди. Ясное дело. Разве сардинку поймаешь на крючок?
Биатрис. А я и не думала, что у них там сардинки. (Кэтрин.) Там у них водятся сардинки!
Кэтрин. Ну да, они гоняются за ними по всему океану… до самой Греции, Югославии, Африки…
Биатрис(Эдди). Правда, смешно? Подумать только — сардинки плавают в океане!
Кэтрин. Ага. А апельсины и лимоны просто растут на деревьях. (Эдди.) Ну, можно ли себе представить, что апельсины и лимоны растут на деревьях?
Эдди. В самом деле. Смешно. (Марко.) Я слыхал, апельсины подкрашивают, чтобы они были оранжевыми.
Марко. Подкрашивают?
Эдди. Ну да, я слыхал, что на самом деле они зеленые…
Марко. Нет, в Италии апельсины оранжевые.
Родольфо. Лимоны бывают зеленые.
Эдди(недовольный тем, что Родольфо вмешался в разговор). Господи, словно я не знаю, что лимоны бывают зеленые, — их и в лавке иногда продают зелеными. Я сказал, что подкрашивают апельсины, а разве я говорил что-нибудь про лимоны?
Биатрис(переводя разговор), Жена твоя теперь аккуратно получает деньги, Марко?