— По приказу Дакира!

Кира усмехнулась:

— Да, но Чейзу их редко отдают, потому что он редко их выполняет. И Дакир прекрасно знает об этом.

Я разглядывала большое жёлтое пятно на потолке, пытаясь осмыслить услышанное. Здесь определённо был какой-то подвох. Дакир меня защищает, Чейз меня постоянно спасает и не похоже, что по доброте душевной. Что не так с этими двумя?..

— Не прожги глазами потолок, он итак старый.

— Когда он пришёл в город? — спросила я.

— Кто?

— Чейз.

Брови Киры приподнялись, она скрестила руки на груди:

— А с чего ты взяла, что он пришёл в Крест?

Чёрт.

— Не знаю, слышала где-то… — отмахнулась я.

Кира долго молчала, сверля меня глазами.

— Ты знала его раньше? — не без интереса спросила она.

— Нет, — соврала я.

— Точно?

— Да, я его точно не знала раньше!

— Тогда…

— Забудь, ладно? Просто забудь.

Кира выждала паузу и, вдохнув, заговорила:

— Забыть? Ладно. Тогда я не стану ничего тебе рассказывать о его прошлом.

А много знаешь, что ли?

— Хорошо, тогда просто скажи в роли кого он здесь — в Кресте? — поинтересовалась я.

Глаза Киры сузились:

— Ты запала на него что ли?

— Спятила?!

— Тогда почему продолжаешь о нём расспрашивать? Любишь плохишей?

— Я не рассматриваю его в таком качестве.

— Не понимаю, — Кира поднялась со стола и шагнула ко мне, — ты до жути странная девка, в курсе?

— Да, кажется, мне говорили об этом.

Кира криво улыбнулась.

— Похоже, что это были ещё не все неприятности на твою задницу.

— Так кто он здесь?

Кира беззвучно выругалась, явно не довольная темой для обсуждения. Затем коротко вздохнула и быстро протараторила, закатив глаза:

— Он командир пятого отряда. Ещё он в составе управления сектором обороны — помогает Дакиру. Больше я ничего не знаю, у них там свои дела и вообще… я не из этого сектора.

— Тогда почему ты здесь?

Кира раздражённо фыркнула, всплеснув руками.

— Работаю вообще-то!

После того, как Кира ушла, я так и не смогла больше уснуть. В голове было слишком много мыслей, мне нужно было придумать новый план. Каждый новый день всё больше и больше отдалял меня от Кристины.

Я прожигала глазами потолок, смиренно терпя боль, затем перевернулась обратно на правый бок и закрыла глаза. Перед закрытыми веками тут же нарисовалось грозное лицо Чейза, и я не спешила его прогонять. Похоже, мне всё-таки нравятся плохиши…

Спустя три дня я возненавидела эту палату всей душой и, особенно, эту скрипучую кровать. А также возненавидела своё никудышное тело, которое постоянно болело! Постоянно — то там, то тут. Я больше не могла лежать, но сидеть мне дозволялось не много. Меня всё ещё лихорадило — воспаление в организме не желало отпускать, поэтому Кира требовала от меня постоянного постельного режима.

Я изучила каждую трещинку в потолке, каждую царапину и неровность на пошарпанном линолеуме. На выкрашенные в грязно-белый цвет стены, я вообще не могла смотреть. И мне даже не с кем было поговорить. Я сходила с ума.

Кира была единственным моим регулярным посетителем. Она делала мне перевязки, щедро обрабатывая раны какой-то заживляющей мазью из прозрачной банки. Мазь пахла растениями и, судя по всему, её производили в Кресте, потому что она была единственным медикаментом, которого на меня не жалели.

Трижды в день, Кира приносила еду. Кашу, хлеб, суп, иногда кое-что из консервов и даже мясо. В общем, еда — кажется, единственное, чего на меня не жалели. Скорее всего, это было прописано в правилах — кормить больных на убой. Я и не отказывалась, с чего бы ради?

Так что я была очень удивлена, когда вечером третьего дня моего заточения, в палате показался Дакир. Он выглядел очень уставшим, даже измучанным, под его карими глазами виднелись припухлости, словно он не спал с самого нападения тварей, но он был вежлив, как всегда.