Шрамовник тщательно осмотрел лежавшую у его лап хрипевшую кошку и покачал головой:

–  Нет, Рыжеусая, сегодня ты не сможешь пойти к Лунному камню! Ты и до Гремящей тропы не дойдешь, не говоря уже о Материнском истоке!

Рыжеусая судорожно сглотнула, потом слабо запротестовала:

–  Но я должна! Я должна получить у Звездного племени дар девяти жизней и новое имя!

–  Звездное племя прекрасно знает, что ты тяжело больна, - одернул ее целитель.
– Предки не хотят, чтобы ты изнуряла себя тяжкой дорогой. Ты нужна нашему племени живой и здоровой. Не беспокойся, Звездное племя и так признало тебя предводительницей.

Глаза коричнево-белой кошки затуманились тоской.

–  Они вместе со мной оплакивают великого Снежнозвезда, - прошептала она.
– Ах, Шрамовник, как бы я хотела и дальше оставаться его глашатой!

–  Племя Теней будет еще долго скорбеть об ушедшем Снежнозвезде, - горько вздохнул целитель.
– Но это не избавляет нас от наших обязанностей. А твоя первейшая обязанность - побыстрее вылечиться от Белого кашля, - сварливо напомнил он.
– Ты должна быть сильной и здоровой, чтобы возглавлять наше племя!

–  Ты уверен, что это Белый кашель?
– спросила Рыжеусая, с тревогой глядя на целителя.
– Вдруг это та Зеленая хворь, что унесла Снежнозвезда?

–  Нет, у тебя точно Белый кашель, - буркнул Шрамовник.
– А теперь ложись и отдыхай.

–  Но я должна назначить глашатая, - взмолилась Рыжеусая, давясь очередным приступом лающего кашля.

–  Это тоже подождет. Не хватало еще, чтобы ты кашляла прямо в усы своему новому глашатаю!
– рассердился целитель.
– Ложись, я сказал! Сейчас я принесу тебе немного пижмы для облегчения кашля и маковых зерен, чтобы ты поскорее уснула.

Когда старик вернулся, Рыжеусая спала, свернувшись клубочком на подстилке. Ее бока мерно вздымались и опадали. Больная спала очень тихо, поэтому целитель решил не будить ее. Он оставил рядом с подстилкой листья пижмы и маковое зернышко, а еще комочек мха, пропитанный водой.

С усилием потянув негнущиеся лапы, Шрамовник устало побрел через покрытую рытвинами поляну, подернутую свежим инеем. Забравшись в свое гнездышко, устланное вороньими перьями и сухим папоротником, старик с наслаждением закрыл глаза и провалился во тьму.

–  Шрамовник! Шрамовник, скорее сюда!

Целитель вскочил с подстилки и бросился к выходу. Там стояла взъерошенная Стебелек, и в ее глазах был такой ужас, словно лисы со всего леса гнались за ней до самого лагеря.

–  Я не могу добудиться Рыжеусую!
– проскулила она.

Шерсть целителя встала дыбом. Он хорошо помнил, что оставил больной всего одно маковое зернышко, которого едва хватило бы на то, чтобы проспать до утра.

–  Скорее осмотри ее!
– умоляла Стебелек, но Шрамовник уже ковылял мимо к пещере предводительницы.

Внутри царила тьма, и целителю пришлось несколько раз моргнуть, дожидаясь, пока его глаза привыкнут. Наконец он разглядел неподвижное тело Рыжеусой. Казалось, кошка даже не пошевелилась с тех пор, как он ее оставил.

«О, великое Звездное племя, не дай ей умереть!»

Шрамовник уткнулся носом в пушистый загривок Рыжеусой, но ее шерсть была холодна, как лед, и он не почувствовал даже слабого биения жизни. Случилось самое страшное.

–  Шрамовник?
– шепотом позвала Стебелек, стоявшая у входа в палатку.

Он обернулся к ней и устало покачал головой. Новая предводительница умерла, не успев получить дар девяти жизней.

–  О, нет!
– взвыла Стебелек.
– Нет!

Пестрая головка вынырнула из-за ее плеча.

–  Что случилось?

–  Ох, Зеленушка!
– расплакалась Стебелек, оборачиваясь к сестре.
– Рыжеусая умерла!

Шрамовник вышел из пещеры, с трудом переставляя разом окаменевшие лапы.

–  Должно быть, ночью ее Белый кашель перешел в Зеленый. Она умерла во сне.

Зеленушка во все глаза уставилась на него.

–  Но она… она так и не назначила глашатая! Кто же теперь будет нашим предводителем?

Целитель знал, что теперь ответственность за судьбу племени лежит на его старых плечах. Только он мог помочь своим соплеменникам выйти из тьмы.

–  Я созову общее собрание, - сказал он.

Он предпочел остаться на земле, а не забираться на поваленное дерево, откуда предводители племени Теней обращались к своим воителям. Рыжеусая всего один раз заняла это место, когда впервые обратилась к племени после смерти Снежнозвезда. Тогда приступ кашля не дал ей договорить, и Шрамовник велел больной вернуться в палатку.