Шрифт:
Если бы только не усталость… Не думаю, что я многого прошу у судьбы. Мне не нужно ничего, кроме укрытия от дождя и ветра, да куска еды. Хотя сейчас я даже в этом не уверен. Хочу ли я до конца своих дней прожить в этом странном месте? Без Летуньи я всюду буду чужаком, мне больше ничто не мило. Когда я сплю, мои сны пусты и черны, а если ем, то не чувствую вкуса.
Я привел свое племя туда, где, как мне кажется, оно сможет выжить. Но теперь я чувствую, что этого недостаточно. Моим воителям эти звезды так же чужды, как и мне, я - их единственная связь со всем тем, что мы оставили навсегда.
«Слово предводителя - закон для племени». Поэтому мое племя смотрит на меня и ждет, чтобы я сказал ему, что все будет хорошо, что Небесное племя вновь будет сильным и гордым, настоящим властителем своей новой территории…
Но это не наша территория. Это песчаное ущелье, узкая щель в голых оранжевых скалах, с чужим небом вместо крыши. Наши предки покинули нас - если вообще были когда-то с нами. Наша куча с добычей - горькие слезы по сравнению с былой горой жирных пернатых. Отныне мы едим мышей и кроликов, да и то лишь тогда, когда нам повезет их догнать.
Я слышу, как мои воители плачут, как котята в ночной тишине. Они тоскуют по родному лесу. Но в лесу для нас больше нет места. Теперь наш дом здесь. Мы научимся охотиться на незнакомую дичь и защищать свою территорию от котов, которые живут по соседству. Отныне ни звездные предки, ни соседские племена нам не указ. Мои коты настолько доверяли мне, что последовали следом за мной в неизвестность. Разве я могу бросить их теперь? Летунья этого бы не хотела. Она любила меня, и я не могу ее подвести.
Пока я здесь, Небесное племя будет жить.
Слово предводителя - закон для племени!
ПРАВИЛО ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ
Доблестному воину негоже убивать других котов только ради победы над ними. Убийство допустимо лишь при самозащите или тогда, когда противник поставил себя вне Воинского закона.
Не спорьте, я и так знаю, что вы, домашние коты, считаете нас свирепыми кровожадными хищниками, которые выстилают свои гнезда шкурами убитых котов.
Но мы совсем не такие. Битвы котов, не принадлежащих к племенам, гораздо чаще заканчиваются смертью, ибо такие коты уважают лишь ту победу, что завоевана кровью.
Сейчас я расскажу вам, как горький опыт научил котов-воителей бесценной мудрости - путь воина совсем не обязательно должен быть залит кровью.
Решение целителей
Мохогривка закончила пережевывать листья календулы и бережно выплюнула получившуюся кашицу на чистый листок.
– Это поможет справиться с воспалением, - сказала она пестрому серому коту, неуклюже лежавшему на боку. Рваная рана на плече бедняги пахла гнилью и уже начала угрожающе желтеть по краям, а кожа вокруг нее вздулась и покраснела.
– Попадись мне блохастый воин Ветра, который это сделал, я ему глотку порву!
– прошипел Дымнохват сквозь стиснутые зубы.
Мохогривка печально покачала головой.
– И чего ты этим добьешься? Племя Ветра потеряет воина и поклянется отомстить Сумрачным котам, мы ответим ударом на удар и так без конца. Кровь будет снова и снова литься по обе стороны границы, пока звезды не состарятся!
– Ну и что?
– огрызнулся Дымнохват.
– Закон велит нам защищать свою территорию! Границы нужно помечать кровью, таков путь воина!
Мохогривка вздохнула. Пограничные стычки между Сумрачными котами и воинами племени Ветра в последние месяцы стали более ожесточенными, патрули обоих племен то и дело совершали набеги через Гремящую тропу, чтобы наброситься друг на друга. В чем причина этого безумия? Племена не голодали, дичи по обеим сторонам границы было вдоволь, да и нельзя сказать, чтобы воины Ветра вдруг распробовали вкус лягушек или Сумрачные коты неожиданно научились гоняться за кроликами!
Для вражды не было никаких причин, и только мышеголовая гордыня не позволяла ни одному из племен сделать первый шаг к примирению. Месяц назад племя Ветра потеряло в стычке молодого воина, а воительница племени Теней осталась хромой на всю жизнь и больше никогда не сможет ни охотиться, ни сражаться за свое племя.
Мохогривка закончила накладывать зеленую лекарственную кашицу на рану и крепко обмотала плечо воителя паутиной, чтобы края раны не расходились в стороны и снадобье не вытекало.