– Здоровались уже, – дернул плечом блондин. – Чего тебе надо? Зачем мы здесь?

София отметила, что выглядел он бледным и усталым.

– Я беспокоилась…

Губы юноши сложились в знакомую, кривую ухмылку.

– Гринграсс, неужели обстановка кажется тебе подходящей для романтических признаний? – закатил он глаза. – Если ты закончила, я, пожалуй, пойду.

– Нет. Я не закончила. Я даже ещё и не начинала.

– Ну так начни, – предложил Малфой.

– Я знаю о задании, который дал тебе Тёмный Лорд.

– О чем ты, Гринграсс?

София внимательно поглядела ему в лицо:

– Как именно ты планируешь убить директора, Драко?

Какое-то время они оба молчали, привыкая к тому, что это сказанно вслух.

После длительной тягостной паузы блондин пожал плечами

– У меня нет плана, Гринграсс. Я понятия не имею, как прикончить одного из самых выдающихся магов современности, с которым не сладили ни Гриндевальд, ни сам Темный Лорд.

– Поттер следит за тобой. Ты об этом знаешь? Сегодня он глаз с тебя не сводил.

– Да он всегда рыщет вокруг, словно влюбленная барышня!

Малфой прислонился лбом к колонне, словно пытаясь унять мучающий его жар прикосновением холодного бесчувственного камня.

– Да и какая разница? Пусть следит! Вряд ли что путное выследит. Меня это не волнует. Единственное, что меня сейчас беспокоит, так это то, что мама полностью находится во власти Темного Лорда. А я, как любит говорить твой дядюшка: «этакая маленькая пакость», ничего не могу сделать.

– Тёмный Лорд говорил, что не любит причинять женщинам боль.

– Зато он любит использовать женщин, чтобы причинять боль мужчинам. Ты же поинмаешь, что мне не справится с Дамблдором, – в отчаянии сказал Драко. – Более того – я и не хочу справляться! Если его не станет… – он отвернулся, не договорив фразу до конца. – Я устал! Устал бесконечно ждать конца.

София не нашлась, что сказать, чтобы хоть как-то его утешить.

***

Пара недель промельнуло незаметно, без приключений. Несмотря на временное затишье Софию не покидало ощущение, что Хогвартс – это большой корабль, который в любую минуту может попасть в полосу шторма. Казалось, все они бодро шагают над пропастью, каждый глядя строго перед собой и игнорируя факт, что под ногами бездна, в которой нет дна.

Малфой с каждым днём всё больше нервничал и всё чаще исчезал. Порой даже прогуливал занятия, а Панси глядела волком, как будто в происходящем была Софиина вина. Поттер не переставал вынюхивать. Мальчик-Который-Выжил, всё время прислушивался и присматривался, неотвязно вращаясь вокруг объекта под названием Драко Малфой. Герой явно что-то подозревал. И подозревал – активно.

В тот день Поттер как обычно опоздал на урок по Защите от Темных Искусств –он часто опаздывал, хотя на другие предметы являлся всегда вовремя. Напряжение между Слизеринским деканом и дамблдоровским любимчиком нарастало, становилось почти осязаемым – хоть ложкой черпай. Ни учитель, ни ученик не желали идти на компромисс во взаимной антипатии.

–Снова опоздание, Поттер? – презрительно изогнул губы профессор Снейп, не удосужившись даже взглянуть на надежду магической Британии и гордость Гриффиндора.

Небрежно облокотившись на кафедру, учитель наблюдал, как Избранный, взлохмаченный, серьёзный и злой, пробирается к месту рядом с лохматой Грейнджер и красавчиком Роном.

– Минус десять баллов с Гриффиндора, – с видимым наслаждением осязая каждый слог, просмаковал учитель.

Во взгляде Поттера сверкнула такая яростная ненависть, что София передёрнулась. Однако Снейп и бровью не повёл.

На самом деле «минус десять», было через чур – половина класса ещё даже учебники достать не успела. Снейп придирался, не таясь и не скрываясь, получая от процесса удовольствие.

– Прежде всего хочу собрать ваши работы по дементорам, – оповестил класс учитель. – Ради вашего же блага надеюсь они лучше того вздора, что мне пришлось читать о сопротивлении проклятию подвластия. А теперь, если вы соблаговолите открыть учебники… в чём дело, Финниган? – раздраженно обернулся Снейп к осмелившемуся робко поднять руку подростку.

– Скажите, сэр, как отличить привидение от инферния?

София вздрогнула, почувствовав, как ладони становятся влажными.

– С чего вас вдруг это заинтересовало? – шелковым голосом поинтересовался профессор.

– В «Прорицательской» писали…

– Ничего подобного – скучающе возразил профессор. – Ничего подобного в «Прорицательской» не писали. Если бы вы внимательно читали газету, то поняли бы, что речь идет не об инферниях, а о жалком воришке. Кажется, Поттеру есть чем с нами поделиться? – слизеринский декан впился черными глазами в золотого гриффиндорца.