– Возможно. Вполне возможно, – сказал я и наклонился над тряпками. – Это надо учесть на будущее, когда я решу пройти этот лабиринт.

Интересно, обо что это я ударился ногой? Что-то твердое есть в этих тряпках. Что-то вроде блеснуло в этой груде грязных бинтов… Или мне показалось?

Я пнул ногой сбившиеся в клубок марлевые повязки, носком сапога разворошил соседний комок. Точно! Что-то есть. Что-то твердое. Я присел на корточки, кончиками пальцев ухватил и брезгливо отбросил в сторону кусок пропитанного засохшей кровью полотна.

– Босс, охота тебе в этом копаться? – поморщился Приз.

– Ну, как тебе сказать, Приз, – задумчиво произнес я, выпутывая из бинтов какой-то предмет. – Вот титану точно было неохота копаться в этих останках. И, возможно, зря. Если эти останки пролежали здесь сто лет и не исчезли, то там обязательно должен быть не простой дроп, а квестовый предмет. Вот, гляди!

– Ыыыы! А-ха-ха-ха, – гулко разнесся по залу хохот Приза. – И из-за этого куска плесени ты копался в этом дерьме? Ха-ха-ха!

– И вовсе это не плесень, – хмуро бросил я, шаря ногой по куче тряпья и откидывая ногой в стороны марлевые повязки, пытаясь углядеть что-нибудь еще в этой куче прогнившей ткани. Увы, больше ничего в ней не было. – Обычный мох. Кстати, вполне может быть редким ингредиентом.

Это, конечно, вряд ли, но обидно было, извозившись в пыли и грязи, совсем ничего не получить за это в награду. Пусть этот мох и не окажется редким и дорогим ингредиентом, а хотя бы просто полезным, и то уже будет не так досадно. Я отковырнул небольшой кусочек серо-зеленого мха, еще один. Только собирался посмотреть его свойства, как заметил кое-что интересное.

– О, смотри, Приз! Здесь что-то написано! Шрифт такой же, как и на воротах лабиринта!

Я ухватил одной рукой бутылку покрепче, а другой отодрал от нее большой кусок мха, очищая выгравированную на темном стекле надпись. Бутыль неожиданно засветилась ярким светом, как будто в нее была упрятана сразу тысяча солнц.

– Черт!

Испугавшись, я отбросил бутылку от себя и, сделав несколько шагов назад, приготовился использовать серию мгновенных заклинаний, названную мною «Катюшей». Эти заклинания, бьющие одно за другим, не обладали мощным уроном, но зато и не требовали времени на подготовку. Каждое их этих пяти заклинаний наносило удар сразу же, как только я принимал решение о его использовании. Это уже потом, после применения любого из этих заклинаний, требовался откат в половину секунды для повторного его применения, но во время такого отката можно было использовать другие мгновенные заклинания.

Бутылка, отброшенная мною, упала на каменные плиты, но не разбилась, а покатилась, громыхая по полу. С громким хлопком из ее горлышка выскочила пробка и из бутылки повалил густой дым. С каждым мгновением дым становился все гуще и гуще, вырывался из бутылки все быстрее и быстрее. Столб дыма достиг уже потолка, уплотнился. Клубы дыма, переплетаясь, формировали какую-то фигуру. Сначала образовался могучий торс, потом появились бугрящиеся мышцами руки, затем показалась и голова, на которую была напялена маленькая феска. Кончик кисточки, торчащий из фески, терялся в вяло колеблющемся под потолком ядовитом облаке. Нижняя половина туловища монстра по-прежнему представляла собой клубки тумана, переходящего в тонкий усик дыма, выползающий из валявшейся на полу бутылки.

Монстр расправил руки в стороны, прогнулся, мускулы его вспучились буграми. А потом, резко согнув в локте сначала одну руку, а потом другую, он ударил себя кулаками в грудь. Эхо от ударов раскатилось по залу.

Я, разинув рот, ошарашенно смотрел на это чудо. А монстр поиграл плечами, как бодибилдер, заставив меня завистливо сглотнуть, а потом резко наклонился. Рядом со мной в пол ударила сжатая в кулак рука, заставив покрыться каменные плиты сетью трещин. Через мгновенье с другой стороны от меня в пол вонзился другой кулак.

– Xtk.cnm gjl,thb! – сказал монстр.

От неожиданности я рухнул на пятую точку, по-прежнему с задранной вверх головой и широко открытыми от изумления глазами. В стороне, в нескольких метрах от меня, под невидимостью и в бестелесности замер, ни жив, ни мертв, Приз.

– Что? – не придумав ничего лучшего, брякнул мой язык. На секунду глаза монстра затуманились, а потом он с любопытством опять посмотрел на меня.

– Челюсть, говорю, подбери! – повторил монстр, с интересом разглядывая меня.

А я в полном недоумении пялился на нависавшую надо мной голову. Узкая черная бородка, обрамлявшая его лицо, переходила под подбородком в длинный клинышек, закрученный в спираль. Нос крючком, восточный разрез глаз. Уши, заостренной формой отдаленно похожие на эльфийские, но торчащие в стороны, как локаторы. Все это до боли напоминало мне джиннов, но джинны не были такими огромными! Все джинны, которых я встречал в прошлой своей реинкарнации, были ненамного больше Приза. Если Приз в своем нормальном состоянии достигал высоты в три с лишним метра, то джинны были больше него всего метра на два, от силы на два с половиной. Этот же монстр своими размерами не уступал титану, которого мы недавно убили и тело которого сейчас валялось буквально в нескольких шагах от меня.