– Опять на метле?

– Нет, на этот раз обойдемся без инструмента. Обними меня за шею покрепче...

Сказать, что Федора потряс или напугал межпланетный переход, нельзя: он его практически не заметил, занятый мыслями о красавице, к которой ему пришлось прильнуть всем телом. Возникло даже желание коснуться губами пухлых губ Мары, но реализовать его Федор не успел – ведьма внезапно отстранилась и сказала, недовольно хмуря брови:

– Все, приехали... Сколько раз тебе повторять, чтобы ты вел себя прилично? Я все-таки маг первой категории и одним взмахом ресниц могу отбить у любого охоту к дурацким ухаживаниям.

– Извини,– пожал плечами Федор, оглядываясь по сторонам.– До сих пор мне не доводилось иметь дело с ведьмами... А что, вы физиологически отличаетесь от обычных женщин?

– Нет, каков негодяй! – обиделась Мара.– И этому человеку я спасла жизнь!

– А я вернул тебе свободу,– напомнил Крюков.– И пока что не дождался даже слова благодарности. О прочем уж промолчу...

Конечно, время и место для пикировки были выбраны не самые удачные, но пустая болтовня позволила Федору освоиться в совершенно незнакомой обстановке. Они с Марой находились в огромном зале, сверкающий пол которого покрывали странные, замысловато переплетающиеся линии. Более вроде ничего примечательного... Разве что потолок – девственно чистый, в отличие от пола, и расположенный на довольно приличной высоте, выглядел монументально. Никаких отверстий в нем Федор не обнаружил... Как же они проникли в зал?

– Мы что, уже покинули Эборак?

– Эта планета называется Орлан... Настоятельно рекомендую тебе вести себя скромнее, дабы не нарваться на большие неприятности!..

Дешево и красиво... Крюков в изумлении покачал головой: ни тебе ракет, ни прочих технических приспособлений – дружески обнял приглянувшуюся женщину за шею, и вот тебе, пожалуйста, планета Орлан... Федор не очень-то понял, как оказался на планете Эборак, поскольку лежал в багажнике автомобиля. Но тогда путешествие длилось более получаса, а здесь все совершилось в какие-то секунды!.. Вот только одежду он где-то потерял и теперь чувствовал себя довольно неловко. Все-таки невежливо являться в гости, да еще к инопланетянам, в голом виде... Мару, однако, не смущали ни собственная нагота, ни нагота спутника. Она бросила на него беглый взгляд и отвернулась, возможно, даже удовлетворенная осмотром.

– А кому принадлежит дворец? – спросил Крюков, бодро шагая за поспешавшей Марой.

– Поркам,– не оборачиваясь бросила ведьма.– Не задавай лишних вопросов, землянин.

– Зови меня Федором,– попросил Крюков,– «землянин» звучит слишком уж официально.

– Если мне не изменяет память, то раньше тебя звали Фреди.

– Артистический псевдоним,– пояснил Федор.– И фамилия моя не Крюгер, а Крюков.

– Значит, Кукиш был прав – ты не вампир? – В голосе Мары явственно слышалось разочарование.

– А с какой такой радости я должен быть вампиром?! – возмутился Крюков.– Хватит того, что ты ведьма.

– Я не ведьма – я маг первой категории... Меня создали искусственно – то есть без участия родителей.

– Ребенок из пробирки,– пожал плечами Крюков.– Современные технологии, ничего не поделаешь... Но у тебя ведь пупок есть?

– Наши создатели порки считают, что мы ничем не должны отличаться от обычных людей, дабы нас не разоблачили... Больше ничего не заметил во мне странного?

– Странного в тебе много,– вздохнул Крюков,– я имею в виду твои внутренние качества, а не внешность.

– Ты что же, видишь мои внутренности? – ужаснулась Мара и даже отшатнулась от рассмеявшегося Федора.

– Ну, ты даешь, Машка! Речь – о морально-нравственных качествах.

– Чтоб ты провалился, земной придурок!..

Провалиться Федор не успел – вопреки пожеланию магини первой категории. Как раз в ту секунду он остолбенел при виде странного существа, двигавшегося ему навстречу. У этого типа, отдаленно напоминавшего земного кузнечика, внутренности торчали как раз на виду и выглядели настолько неэстетично, что способны были надолго отбить аппетит впечатлительному человеку. Перемещался «кузнечик» на двух задних конечностях, зато имел четыре руки – точнее, то, что их заменяло. О голове незнакомца Федор вообще не стал бы распространяться, а уж о чудовищной пасти – тем более... В замке Элубей Крюков насмотрелся на типов самого причудливого вида, но этот был, безусловно, самым уродливым из всех, что до сих пор встречались лейтенанту... Оставалось надеяться, что морально-нравственные качества страшненького субъекта окажутся более приемлемыми для землянина, чем его внешний вид.

– Их называют «космической саранчой», а сами они кличут себя абигойцами. Я их терпеть не могу! Лет семьдесят назад они заимели претензию покорить всю Вселенную, но нарвались на Чернопалого, и тот задал им жару.

– А кто такой Чернопалый? – насторожился Федор, не представлявший себе урода, который мог бы одолеть подобных монстров.

– Прадедушка Алекса Оливийского. Друг Сагкха из Черной плазмы... Тот еще был тип! Вселенная трепетала при одном упоминании его имени!.. Чернопалого не боялись только порки... Между прочим, бабушка твоего Алекса тоже была искусственного происхождения – как и я.

– Это ты к чему?

– Просто к слову пришлось...

Возможно, так оно и было, но Федору хотелось думать, что Мара обмолвилась не случайно, а намекала на свою способность дать не менее здоровое потомство, чем прародительница паррийского принца. Очень уместное замечание, поскольку их путешествие по загадочному дворцу, кажется, закончилось. Федор с удовольствием разглядывал вполне приличные апартаменты, скорее всего, принадлежавшие его знакомой. Во всяком случае Мара вела себя в них полновластной хозяйкой.