Книги Валиды Будакиду

«Улыбка с прикусом Эллады». Повесть.

Афины 2004. Ксенос типос.

«Гречанка русская душой». Сборник рассказов.

Санкт-Петербург 2011. Алетейя.

«Буковый лес». Повесть.

Афины 2012. Ксенос типос.

«Больше чем реалити». Повесть.

Афины 2012. Ксенос типос.

«Город под звёздами». Повесть.

Санкт-Петербург 2014. Алетейя

Вниманию читателя предлагается новая книга известной и давно признанной в литературных сообществах ряда европейских стран писательницы Валиды Будакиду (Фриды Хофманн), проживающей сейчас в Греции. Несмотря на данный факт, книга являет собою один из интереснейших образцов современной русской прозы.

Современные прозаики, пишущие на русском языке (впрочем, и на иных языках), всё чаще предпочитают строить повествование от первого лица, чем достигается впечатление наибольшей искренности и достоверности разворачиваемого сюжета.

Неискушённые читатели зачастую воспринимают данный литературный приём как бесхитростное изложение событий личной жизни автора, однако это далеко не так, хотя всё пережитое писателем так или иначе вкладывается в его произведение.

В ключевой повести «Буковый лес», давшей название всей книге, несомненно, угадываются (но к ним не сводятся!) некоторые факты биографии автора.

Мастерство же писателя проявляется здесь в чётком выстраивании сюжета и в показе последовательного душевного развития лирического героя – героини! – Книги, начиная с подросткового периода с его неизбежными комплексами, с первой влюблённостью (пронесённой, как окажется в конце, через всю жизнь).

В психологически точном анализе процесса взросления, сопровождаемом знакомыми каждому из нас периодами неприкаянности души – и совершенно неожиданный выход из этой неприкаянности.

В заключительной части повествования прекрасно воплощение этого состояния – тоска по чистому прохладному снегу. Но выход находит наша «гречанка, русская душой», не в среднерусских белоснежных берёзках (между прочим, они так же белы и в Канаде!), а в заснеженном буковом лесу близ трагедийного Бухенвальда, недалеко от Веймара, знаменитого достойными поклонения прежними его обитателями.

Наряду со всем упомянутым выше, неизбывная и по-человечески очень понятная женская мечта о семье, о собственном – как игрушечка! – Домике с мезонином, о положении жены и матери – совсем не такой, как мать героини…

Вторая часть повести это продолжение – «не продолжение». Она повествует о дальнейшей судьбе главной героини, хотя вполне читается совершенно отдельно.

Во второй части Валида Будакиду (Фрида Хофманн), оставаясь верной своей, совершенно индивидуальной, свойственной только ей манере изложения, снова поднимает очень серьёзные вопросы о процессах разложения, происходящих внутри общества в результате его религиозной деградации.

Телевизионное реалити-шоу, в котором главная героиня приняла участие, прямо во время съёмок выходит из под контроля и становится «Больше, чем реалити».

Замечателен стиль и русский язык повествования – сочный, образный, живой, не поверишь, что автор две третьих лет своей жизни живёт далеко от России, в самой глубине Европы. Читатель, без сомнения, оценит также искромётный юмор, как и сатирический взгляд писателя не только на окружающих, но и на саму себя.

Проза Валиды многопланова, углубление в «параллельные миры» автора не может оставить равнодушным ни одного из читающих эту книгу.

Автор. Фотография Виолетты Синельщиковой.

– Всё, мам, я пошла, – Линда топчется в коридоре, переступая с ноги на ногу. Коридор тёмный потому, что проходной, и туда стекаются двери из трёх комнат – родительской спальни, столовой, «детской комнаты» и туалета. В самом конце коридора на стене висит большое прямоугольное зеркало, к которому Линда старается стоять спиной. Линда ждёт. Она твёрдо знает – всё равно мама сейчас, прежде чем дать отмашку, эффектно протянув паузу, скомандует не терпящим возражений голосом и почему-то на вдохе: «Иди сюда! Покажи-и-иись! Зайди, слушай, в комнату, я сказала!» Чтоб войти в комнату надо всё-таки развернуться к своему ненавистному двойнику лицом. Можно, конечно сделать вид, что ничего не видишь, прищуриться, и, не рассматривая себя, шмыгнуть в дверь к маме. Но обычно это плохо получается, и взгляд, как не щурься и не коси, скользит по отражению перед носом. «Ну почему это старое зеркало так растягивает в ширину?! Скорее всего, стекло уже пошло волнами и кривит.