– Держитесь! – выкрикнула Дарья. – Варя, левый борт!

Она придержала коней, переведя их на рысь, затем резко потянула повод, выворачивая упряжку вправо, к обочине. Лошади, искря подковами и спотыкаясь, выполнили маневр, но легкая тележка, от такого резкого поворота едва не перевернулась, встав на два колеса. К счастью, беглянки к этому были уже готовы, каждая схватилась за что было можно.

Труднее всех было Варе, так как от нее требовалось еще и стрелять.

– Второе ружье готовьте! – крикнула она, зная, что у нее осталось всего три патрона.

Тачанка вернулась на все четыре колеса, здорово тряхнув всех, но это не помешало Инге схватить патронташ с самодельными картонными патронами. Таня наконец пристегнула магазин к автомату и дослала патрон в патронник.

Благодаря резкому повороту, мутанты оказались не прямо перед конями, а по левому борту тележки, и им ничего не оставалось, кроме как броситься на добычу по диагонали. В это время Взрослые приказали дать еще один залп мутантами, и те взмыли в воздух, растопырив конечности подобно белкам-летягам.

Один из мутантов уже был готов броситься на ближайшую к нему лошадь, когда Варя срезала ему верхушку черепа метким выстрелом из ружья. Второму она попала в грудь, но, видимо, одна из картечин поразила его в сердце, так как, достигнув упряжки, он рухнул на колени и оказался под колесами. Тележку немилосердно тряхнуло и Варя, едва не вылетев, выронила из рук ружье.

Вокруг с неба падали новые мутанты. На этот раз расстояние уже было слишком большим для перелета, поэтому получился скорее недолет, и лишь трое летунов приземлились по бортам от тачанки.

– Вниз! – приказала Таня.

Варя сразу поняла, что окрик относится к ней, пригнулась до самого пола, пропустив над собой пущенную Таней очередь. Раскаленные гильзы полетели на пол тачанки, закувыркались, зазвякали по асфальту под колесами. Одного мутанта пуля сразила в голову, остальных лишь прошило с громким стуком и коротким хрустом костей. Но даже краткого мига, когда твари дернулись от попавших в тело пуль, хватило на то, чтобы Дарья успела потянуть левый повод, завершить дугу уже по обочине, снова вывести экипаж на дорогу. Щелкнув поводьями, она снова пустила коней в галоп, а Варя метнула назад гранату.

Пока догорал замедлитель, с неба посыпались еще мутанты, один все же угодил на спину лошади, но Инга, успев снарядить самодельное ружье двумя патронами, метнулась вперед, схватилась за борт левее Дарьи и в упор всадила ему картечь в позвоночник. Тот изогнулся дугой, отцепился от коня, перевернулся в воздухе и перекатился в тачанку. Стоило ему упасть на пол между отпрянувшими девушками, Инга добила его вторым выстрелом в лоб, всех забрызгав мозгами и кровью.

Шарахнул взрыв, уложив на асфальт всех мутантов, от обочины до обочины. Таня и Инга выкинули за борт обезглавленное тело мутанта. Несмотря на явный отрыв от преследования, Взрослые, на удачу, приказали дать еще один залп, но на это раз упругости деревьев не хватило для столь далекого броска, и все твари попадали позади разогнавшейся тачанки. Отдав ружье безоружной Варе, Инга прильнула к пулемету, но стрелять уже не потребовалось – мутанты заметно отстали и вскоре скрылись за поворотом дороги.

Утро встретили уже в поле. Лес кончился несколько километров назад, и теперь красное солнце, не спеша, поднималось над бескрайними полями, прорезанными линиями разросшихся в стороны лесополос. Лошади шли шагом по старому, заросшему травой, проселку. Змейка убедила Ингу, что животным пока хватит нагрузок, иначе вообще можно будет остаться без транспорта.

В принципе можно было бы устроить привал и отдохнуть после ночных усилий, но Инга не спешила давать команду на остановку. Она подозревала, что погоню из Крепости за ними уже могли выслать, а если так, то нужно отъехать от леса на приличное расстояние, чтобы загодя увидеть преследователей в чистом поле. А там уже принимать решения.

Скорее всего, девушек хватились, когда нашли трупы арбалетчиков на стрелковой площадке. Хотя… Мужской шовинизм, процветавший в Крепости, мог и не дать людям Юсупа сразу догадаться, кто совершил это вопиющее преступление. Сначала, конечно, подумали на диких лазутчиков. Потом сообразили, что нападение произошло изнутри. А вот как дальше развивался ход мысли Юсупа или Шамиля, понять было сложно. Странная, до предела прямолинейная, мужская логика была непонятна Инге, хотя она и имела опыт общения с противоположным полом. Даже Янычар, мужчина редкого ума, и то иногда поражал ее недальновидностью, поспешностью решений, влиянием на мотивации укоренившихся социальных иллюзий и шаблонов. Что же тогда говорить про Шамиля, которому до Янычара было дальше, чем крокодилу до места в совете Крепости? Но надеяться на тупость Шамиля тоже было нельзя. Как говорится, надейся на лучшее, но готовиться нужно все равно к худшему. Поэтому, лишь когда темная полоса леса скрылась за горизонтом, Инга велела сделать привал.

Для отдыха выбрали некогда узкую, но теперь хаотично разросшуюся во все стороны лесополосу. Таня при помощи мачете расчистила небольшой участок от густого подлеска, туда закатили тачанку, а коней, чтобы их не было видно с юга, оставили стреноженными пастись с другой стороны деревьев.

– Дежурить будем по очереди, – объяснила Инга. – Нам на отдых нужно два часа, значит, дежурит сначала Таня, как самая крепкая, потом я. Каждая по часу.

– Ну вот, – Таня фыркнула.

– Ничего. Потом отдохнешь в пути. Ляжешь на сиденье, и никто тебя трогать не будет. А я хоть час посплю, пока ты будешь в дозоре.