— Вот черт.

Я бы не пошла его разыскивать, но она не моя подопечная. Он изменяет не мне, я стараюсь рационально подойти к этому вопросу, но чувство вины все омрачает. Мужчина, который спит с другой женщиной, оставляет кислый привкус у меня во рту. Это такое же чувство, как если бы случайно под ваши передние колеса машины попала бы лиса. Черт возьми, возникает у вас тогда мысль — почему именно нужно умереть под моими колесами? Почему нельзя было пойти в другой место, в конце концов, где тоже можно спокойно умереть?

Я стряхиваю пепел в горшок.

Где-то в моем маленьком мозгу был план кинуть кое-какую сумму на счет «Ann Summers». Но этот план несет в себе перерезать горло, но тогда можно запачкать кровью обувь, я не собираюсь одевать ночнушки и ждать распластавшись на столе мужчину Эбени завтра. В какой-то мере я чувствую облегчение. Но что-то меня пугает в Джероне Роузе. Он засел у меня в голове, и создает тягу к нему внутри меня, которую я не могу контролировать.

Я докуриваю сигарету и тушу о металлические перила. Я тверда в своем решении — больше никогда не буду спать с Джероном бл*дь Роузом. Я захожу в комнату, закрываю балконную дверь, и, хотя все еще чувствую его запах на себе, направляюсь прямо к рабочему столу.

Сажусь и начинаю придумывать эскиз наряда для маленькой девочки. Белый брючный костюм с ярко-красными кружевными оборками, с круглым красным карманом. Я отодвигаю эскиз и рассматриваю. Молодец, Билли. Отклоняюсь назад и Джерон опять всплывает в моей голове. С беспощадностью я выталкиваю все мысли о нем и открываю новую страницу своего альбома для рисования.

Я забуду его, даже если это будет последнее, что я сделаю.

3.30 вечера на следующий день.

Я смотрю на часы. Весь день я была словно комок нервов, выкурила столько сигарет, что чувствую легкое головокружение. Я иду в свою спальню и одеваюсь в синее: свободный топ и мешковатые бесформенные брюки. Это самая не сексуальная вещь, которую женщина может носить, но потом не могу удержаться и распыляю немного парфюма.

— Кого ты пытаешься надуть? — надсмехается мое отражение надо мной.

— Я должна хорошо выглядеть, чтобы сказать ему отвалить, — говорю я своему отражению и накладываю слой туши. Мой желудок завязывается узлом, мне необходим крепкий напиток. Я делаю себе впечатляюще большой шот, узел внутри живота немного расслабляется. Я смотрю на часы на своем запястья.

3.40.

Точно. Я курю очередную сигарету, расхаживая взад-вперед. Время ползет медленно.

3.55. Я бросаю взгляд на свое отражение в зеркало в гостиной. Мои щеки порозовели, а глаза поблескивают.

3.56. Какого хрена!

3.59. Я делаю глубокий вдох и выхожу из гостиной, направляюсь прямиком в холл.

4.00.

Джерон заходит через мою дверь, и встречает меня беспечно облокотившуюся на столик у входа. Он одет во все черное. И будь я проклята, если это не заставляет его выглядеть чертовски хорошо. Он останавливается на полпути, заметив меня. Мы в упор разглядываем друг друга. Мои мысли крутятся, как сумасшедшие, путаясь и приводя в замешательство. Желание вспыхивает, как огонь, между нами. Воспоминания словно каленым железом его члена во мне мелькают у меня в голове.

Он улыбается, намекая на что-то более ценное и таинственное, и выражая предупреждение. Остерегаться. Скрытое, затаенное чувство присутствует здесь, темное и опасное.

— Еще не слишком поздно, улечься на стол, — говорит он соблазнительно.

Даже я вынуждена признать, что он слишком, чрезвычайно крут.

— Большинство людей стучат, прежде чем войти, — говорю я с сарказмом.

— Я не большинство людей, — отвечает он, бросая на меня взгляд настолько пошлый, что у меня пальцы загибаются на ногах.

— Что ты сделал? Украл у меня ключи, чтобы произвести впечатление?

Он усмехается.

— Неа. Я просто слишком хорош с замками и часами. Подумал, что стоит избавить тебя от открытия двери.

— Ну, не уверена.

— Ты всегда такая недружелюбная, когда кто-то пытается помочь тебе?

Я меняю свое выражение лица с недружелюбного на подозрительное.

— Эбени приходила вчера.

Его брови поднимаются, но он не проявляет ни капли беспокойства.

— Сразу же после того как ты ушел... когда она поняла, что ты только что трахнул меня, она расплакалась и убежала.

Несколько секунд он смотрит на меня без выражения, а затем расплывается в ухмылке.

— Ты открыла дверь в своей разорванной ночной рубашке, не так ли?

Я неловко начинаю переминаться с ноги на ногу.

— Возможно. А что если и так? Ты обманщик.

— Ааааа... она заставила тебя чувствовать себя неуютно?

— Собственно говоря, да, отморозок.

Он запрокидывает голову и безжалостно смеется.

Я сердито гляжу на него.

— Я рада, что разбить сердце своей подруги, для тебя это кажется смешным, потому что вчера она выглядела полностью потерянной.