— Понятно. — Я уже пожалел, что спросил.

— Он накинул петлю, но никак не может затянуть скользящий узел, — сообщила Реджи.

Краем глаза я видел покрытое потом лицо Дикона. Страховочная веревка Жан-Клода была привязана к грибовидному камню, но все усилие приходилось на плечо и талию Дикона. Он снял все варежки, оставив на руках только тонкие шелковые перчатки, и теперь я видел, как сквозь шелк проступает кровь.

Признаюсь, я нервничал. Фраза «мертвый груз» приобретает жутковатую буквальность, когда приходится поднимать труп. Кажется, что в мире нет ничего… тяжелее.

— Так, Джейк… он уже привязал тело Перси… — сказала Реджи.

Я начал выбирать веревку, но меня остановил крик женщины:

— Стой!

Я забыл, что Же-Ка должен привязать труп Майера к веревке, которую держал Пасанг, и только потом перерезать старую веревку, скреплявшую тела, висевшие тут почти год. Если четыре веревки запутаются или оборвутся, наши потери не ограничатся двумя трупами.

— Ноги Жан-Клода оторвались от скалы, — сообщила Реджи. — Он висит, пытаясь снова зацепиться ботинками.

Дикон зарычал — скорее, от напряжения, понял я, чем в ответ на слова Реджи. Рывок в результате падения Же-Ка с выступа скалы, когда я сбил его с ног, раньше времени дернув за веревку с привязанным к ней Перси, оказался довольно сильным, и веревка глубоко врезалась в ладони, плечо и талию Дикона.

— Порядок, он снова стоит на скале, — сказала Реджи.

С заросшего щетиной подбородка Ричарда стекали капли пота. Мы уже довольно давно не дышали кислородом. Наши рюкзаки были сложены у южной стороны грибовидного камня.

Не дожидаясь команды Реджи, Пасанг начал спускать третью веревку — с лассо на конце, для Курта Майера. Отмотав около 50 футов, он опустился на четвереньки, прополз под моей натянутой веревкой и страховочной веревкой от Дикона к Же-Ка, так, чтобы оказаться крайним слева в ряду из трех страхующих.

— Еще немного… еще немного… теперь медленнее… — нараспев руководила Реджи. — Готово, он поймал. Стравите ему еще футов пять, Пасанг.

Доктор спокойно выполнил команду.

— Черт… — пробормотала Реджи. — Он не может достать Майера, оставаясь на скале. Ему нужно раскачаться, чтобы схватить его.

— Господи, — прошептал я. Когда столько веревок висит в таком ограниченном пространстве, все может пойти наперекосяк, что обычно и происходит.

— Помощь нужна? — прошептал я Дикону, который упирался каблуками ботинок — «кошки» он специально снял — в маленький каменный выступ в пяти футах севернее грибовидного камня.

Дикон покачал головой, и сильный ветер подхватил и унес на запад капельки его пота.

— Раскачивается… еще раз… промахнулся, — сообщила Реджи. — Теперь отталкивается от скалы почти горизонтально и пробует еще раз.

— Господи, — снова прошептал я. Думаю, на этот раз это была молитва. Я понял, что научился доверять «волшебной веревке Дикона» в стандартных ситуациях свободного спуска и страховки, но если старая, потрепанная веревка порвется раньше, чем Же-Ка успеет затянуть петлю вокруг тела Майера — и если Же-Ка попытается удержать труп, в чем я не сомневался, — то вес двух человек, живого и мертвого, придется на одну страховочную веревку, протянутую к Дикону. И хотя конец веревки был привязан к каменному «грибу», я сомневался, что страховка выдержит двойной вес.

Веревка Жан-Клода натянулась еще сильнее, прорезав кромку карниза и глубоко вдавив в снег нашу конструкцию из двух ледорубов. От этих ледорубов отходило несколько веревок к другим точкам опоры, причем две из них были несколько раз обмотаны вокруг грибовидного столба.

Дикон застонал от напряжения, удерживая раскачивающегося Же-Ка. Шелк его перчаток уже стал красным.

— Майер висит головой вниз, — сообщила Реджи. — Жан-Клод пытается перевернуть его.

«Неужели „волшебная веревка Дикона“ выдержит даже такую нагрузку?» — снова подумал я. Увидим, через минуту или две. Тем временем я поддерживал натянутой веревку, которая шла к лорду Персивалю Бромли, человеку, который мог бы стать шестым маркизом Лексетерским, если бы остался жив.

— Он его достал! — воскликнула Реджи. — Привязывает петлю под руками Майера. Теперь снова раскачивается, чтобы вернуться на выступ.

Дикон опять застонал. Веревка из комбинированных волокон натянулась так туго, как будто он пытался вытащить гигантского марлина только голыми, окровавленными руками, выгнув спину и напрягая все тело.

— Джейк, Пасанг, приготовьтесь, — крикнула Реджи. — Жан-Клод собирается перерезать старую веревку. Он раскрыл перочинный нож.

Я нашел каменный выступ, в который можно было упереться ногами — «кошки» я снимать не стал, поскольку не был уверен, что у меня хватит ловкости снова их надеть, — и теперь откинулся назад, приготовившись вытаскивать мертвое тело.