— Ой! Черт! Твою ж… — Он крепко схватил меня за предплечье, чтобы удержать на месте. Я закусила губу, позволив ему закончить очищение раны перекисью водорода.

Он нежно подул на мою повреждённую кожу, успокаивая, чтобы потом наложить повязку.

— У тебя была довольно-таки глубокая рана, но я вычистил грязь. К счастью, тебе не понадобятся швы.

— Спасибо, — сказала я, и у меня вспыхнули щеки.

Я больше была удивлена его нежностью, чем состоянием моей раны. Я даже не представляла, что у него есть такая сторона.

— Ты помогла мне тогда. Это самое малое, что я могу сделать. — Оставаясь на коленях, он вытащил ещё некоторые материалы и начал обрабатывать свои раны.

— Тебе помочь? — предложила я.

Отбросив волосы с глаз, он улыбнулся и бросил на меня любопытный взгляд.

— А знаешь, с чего вообще весь этот хаос? Потому что той ночью я тебе доверился.

Я свела брови.

— Что?

— Я бы не переспал с той девушкой, если бы ты не оттолкнула меня так быстро, Перчинка.

Он меня обвинял во всём этом? Мои тёплые чувства к нему испарялись быстрее, чем спирт, которым он обрабатывал свои раны.

— Боже мой. Послушай, — сказала я строго, — во-первых, меня зовут не Перчинка. Я Райли. Во-вторых, я не твой телохранитель.

Его улыбка стала ещё шире.

— Райли, значит? Мне нравится.

Я ждала, что Шип ещё что-то скажет. Когда он закончил перевязку, но так и не ответил, я поняла, что его обвинения были предназначены для того чтобы меня разозлить. Вот придурок!

— Судя по тому, что все вокруг здесь говорят о тебе, ты, должно быть, Джакс. Ответственный человек, — сделав пальцами кавычки, сказала я.

Его улыбка тут же испарилась.

— Ты до сих пор не знала?

— Нет, до сегодняшнего дня я не знала ни твоего имени, ни даже названия твоей группы.

Он выглядел искренне озадаченным.

— Ты говоришь мне, что появилась здесь, не зная ничего обо мне или моей группе?

— Да, твой лейбл нанял нас в последнюю минуту. Во всех файлах для обозначения твоей группы использовалось сокращение «HC». Я только сейчас поняла, что это означает «The Hitchcocks».

— Погоди, — сказал он, и у него округлились глаза. — Ты новый тур-бухгалтер?

Теперь я была в замешательстве.

— А кем, по-твоему, мне быть?

Прошла минута, и на его губах появилась дьявольская улыбка.

— Интересно.

О нет. Я узнала этот взгляд. Я видела его раньше, за кулисами в «Валлаби». И вспоминая именно этот взгляд, я ублажала себя той ночью.

— О чём бы ты ни думал, прекрати сейчас же.

От того, как он взглянул на меня, я почувствовала боль в совсем других местах.

— Я просто думаю о том, каким это будет удовольствием работать с тобой... — сказал он, и слово «удовольствие» сорвалось с его уст как шёлковая лента, чувственное и соблазнительное, — ...наша первая встреча это уже показала.

Как только мне стал больше понятен скрытый подтекст, на меня снова нахлынуло чувство тревоги. Я вспомнила совет Кристен о том, что нельзя смешивать бизнес с удовольствием, и поняла, что сделала это ещё до моего первого рабочего дня. Господи. К черту мою жизнь.

— Тсс! — прошипела я, поднеся палец к губам. Я осмелилась наклониться ближе к этому по-варварски красивому лицу и строго прошептала: — Тогда я понятия не имела, кто ты такой. Никому не говори, что случилось. Если кто-то из моей компании узнает, то меня могут уволить.

Его дьявольская улыбка вызывающе растянулась.

— Конечно, не скажу. Это только между нами.

Я сделала глубокий, успокаивающий вдох. Мне не очень понравилось, как он использовал слово «нами», и я поняла, что мне, наверное, нужно нечто большее, чем дыхательные техники, чтобы привести свой сердечный ритм в норму.

— Возможно у нас было... довольно необычное знакомство, Джакс. Но, начиная с сегодняшнего дня, наши отношения будут строго профессиональными. Это означает никаких поцелуев. Никакого внезапного появления твоего члена во мне. Ничего из этого. Усёк? — сказала я, и, чтобы акцентировать на этом его внимание, ткнула пальцем.

Мне нужно было с самого начала быть с ним решительной. Нужно было установить между нами расстояние и профессиональные границы, которые мы не пересечём. В противном случае, я могла легко оказаться в более сложном положении, с которым не смогла бы справиться.

Он нежно взял мою дрожащую руку и сжал её между своими тёплыми ладонями.

— Ты говоришь именно то, что я хотел услышать, — сказал он спокойно.

Я несколько раз моргнула. Он только что согласился со мной? Я морально приготовила ещё несколько ответов на случай, если до него не дошло, но он казался странно сговорчивым.