Это был не только комплимент мне, но и признание в том, что он вёл себя как мудак.

Я усмехнулась, тайно радуясь комплименту.

— Ну, поздравляю, тебе удалось. Ты же понимаешь, что всё ещё ведёшь себя словно подонок, верно? И неважно, насколько ты горяч.

Его рот дёрнулся, а глаза на мгновение устремились к потолку.

— Если ты так к этому относишься, то как насчёт того, чтобы сравнять счёт?

Я всё ещё была немного зла. Даже зная о том, что он подшутил надо мной, я не передумала насчёт того, чтобы уйти и закончить все это — ущерб уже был нанесён.

— И как ты планируешь это сделать?

Он сделал шаг вперёд, войдя в моё личное пространство. Я инстинктивно коснулась своего кулона.

— Просто чтобы ты знал, в этом ожерелье полно перцового спрея. Так что не пытайся снова прикалываться. — Я хотела, чтобы в моих словах было меньше угрозы и больше предостережения насчёт ещё каких-то тупых действий.

Он вскинул бровь.

— Да? — Он потянулся к моему звездообразному кулону и с любопытством покрутил его в своих пальцах, при этом нежно касаясь моих.

У него были мягкие руки, но подушечки пальцев — грубыми и с мозолями, вероятно, от игры на гитаре. Смущённая острыми ощущениями от удовольствия, которое испытывала от его прикосновений, я выпустила кулон.

— Да.

Улыбаясь, он переключил своё внимание с ожерелья на моё лицо. Пальцем осторожно отвёл от моей щеки прядь моих светло-рыжих волос. Я переступила с ноги на ногу, но не отстранилась — не хотела, чтобы он видел, как влиял на меня.

— Знаешь, — сказал он, — с этим ожерельем, волосами и замашками… ты тот ещё наборчик, Перчинка.

Нервная дрожь пробежала по всему моему телу, и я подняла брови. Блеск от верхнего света бил мне в глаза, отражаясь от чего-то ещё. Я опустила взгляд на утыканный шипами ремень. Он был расстегнут и свободно висел вокруг талии; наверное, выйдя из душа, он надел его в спешке. Я сжала пальцы, противясь желанию пробежаться ими по блестящим серебристым гвоздикам. Если я буду «Перчинкой», то ему неплохо подойдёт прозвище «Шип».

— Итак, я предлагаю тебе поквитаться, — продолжил Шип. — Поскольку я смог оценить тебя, то теперь позволю тебе оценить меня.

Я нахмурилась.

— И каким образом я поквитаюсь? Рядом с тобой нет выстроившихся в ряд других парней с мышцами побольше да членами подлиннее.

Его рот изогнулся в недовольной гримасе.

— Оглянись. Здесь больше никого нет, так что мы не можем это сделать. Поэтому тебе стоит согласиться на что-то другое.

— Что ж, я не соглашаюсь на то, что ты предлагаешь. Если хочешь что-то предложить, то повысь ставки.

— Повысить ставки? Дай мне подумать... — Он снова задумчиво посмотрел на потолок.

Я воспользовалась возможностью и уставилась на скульптурные грудные мышцы, находящиеся прямо передо мной. Они были на уровне глаз, и я не могла не смотреть на них — даже если бы хотела, но я-то и не хотела. Хоть я и бросала на него похотливые взгляды, всё равно это была не та же ситуация, когда он поставил меня в ряд с теми девицами. Так что мне не было стыдно.

У него были сексуальные соски, и серебряные кольца в них только добавляли впечатления. Мой взгляд медленно переместился вниз по его обнажённому торсу к точёным мышцам живота.

Черт. Побери.

Они были такими рельефными, словно их отретушировали. Мне тут же пришло в голову, что если у него не сложится с карьерой рок-звезды, то он всегда сможет зарабатывать себе на жизнь, натирая на кухне сыр для пиццы.

Я добралась до пупка — глубокого пупка — откуда начиналась дорожка из тонких тёмных волосков, что вели к центру его таза, исчезая в верхней части штанов с низкой талией. Жёсткие линии его бёдер располагались в форме «V». Казалось, все указывало на его бесспорно впечатляющую промежность. Обтягивающие кожаные штаны не оставляли простора воображению. Даже если бы он встал в ряд с другими парнями, я не была уверена, что среди них нашёлся бы ещё кто-то с бульшими мускулами и членами подлиннее.

Чем дольше я смотрела на его тело, тем больше возрастало непрошеное желание внизу моего живота. Может, мне простить его? У Шипа было огромное эго, но его член мог быть почти таким же большим...

Как только я подумала о его члене, он опустил руки к ширинке своих штанов. Легко расстегнул верхнюю пуговицу и дёрнул молнию вниз.

Я мельком увидела голую кожу, и мой рот широко открылся. Он не носил нижнего белья. 

— Ч-Что ты делаешь?!