Вдруг барон принял коня вправо и, выскочив на косогор, спешился. Он выхватил саблю и обвел глазами площадку, на которой ему предстояло скрестить оружие со своим противником.

Ласло, подскакав к деревьям, натянул поводья, и вороной сделав полукруг, остановился.

Барон был одет в мундир, а граф, скинув с плеч копеньяк, остался в доломане. Они перемещались по кругу, проверяя боевое мастерство друг друга. Их поединок в подземелье Жомбор – не в счет, Вадаш даже не догадывался, что перед ним Ласло Михал, а иначе сказать Вашар Андор.

– Может, скажешь перед смертью, кто ты? – спросил барон, искусно крутя в руке саблю.

Граф повернул голову и, убедившись, что два гайдука находятся на расстоянии, ответил:

– Почему бы нет. Помнишь замок Черный коршун, как в подземелье ты столкнулся с Черным гайдуком? – После этих слов, Михал сделал выпад и, очертив саблей круг в воздухе, резко направил ее концом в грудь барона. От подобного признания, Гаспар едва не пропустил удар и отбив саблю, отскочил назад.

– Так выходит ты и есть знаменитый разбойник Вашар?

– Не только барон. Пока я не убил тебя, спешу сказать – ты мой самый заклятый враг, – обрушивая на Вадаша серию ударов, признался Михал.

– Так кто же ты на самом деле? – отбиваясь от сильных ударов, спросил барон.

– Я, тот, кто сейчас отомстит тебе за убитого тобой графа Ласло – моего отца, – граф моментально нагнулся от пролетевшей над его головой сабли и, сильно припав на левую ногу, полоснул по сапогу противника изогнутым клинком.

– Ах ты зараза! – вскрикнул барон, и прихрамывая, отскочил как можно дальше от графа. Из разрубленного сапога потекла кровь. – Как же я сразу не догадался, ведь были у меня подозрения, что старый граф Ласло – разбойник. Так ты его сын?! – Барон едва успел увернуться от удара.

– Ты правильно понял.

– Вот дьявол! Теперь я знаю, кто оставил мне две отметины на лице, – со злостью произнес барон, – увертываясь от очередного удара сабли. – Ты ответишь мне сейчас за все!

– Гаспар, где девушка, куда ты ее отправил?

– Туда, где ей надлежит быть – в могилу, – Вадаш сосредоточился и пошел в атаку, стараясь наносить сильные удары. С косогора ему было удобнее наступать. Произведя стремительное нападение, он почувствовал, как сила в руке начала иссякать. Отбежав назад и снова заняв удобную позицию, он предложил графу:

– Граф Ласло, может, передохнем, а заодно и поговорим.

– А-а! Уставать начал?! Собачий сын. Сыт я твоей хитростью по горло, два раза ты от меня ускользал, на этот раз я не дам тебе уйти. – Ласло достал из-за голенища две буковые палки и, крутя их в левой руке, приближался к барону.

Вадаш занервничал и, делая частые выпады, направлял конец клинка в грудь Ласло, не давая ему приблизиться. Граф резко взмахнул палкой и обрушил ее на руку барона. Рукоятка сабли выскользнула из рук Гаспара, но благодаря цепочке, не упала на землю.

Дальше поединок проходил в строгом молчании. Двое гайдуков сидели под ветвями дерева и наблюдали за жестокой схваткой.

Непонятно на чьей стороне была удача, казалось, сейчас граф окончательно разделается с бароном, как он резко, перехватив инициативу в свои руки, обрушивал на Ласло град ударов. Затем выдохнувшись, переходил в оборону, и удача в ожесточенном поединке переходила на сторону графа, неистово рубящего своего противника.

Да, что и говорить, соперники попались друг другу достойные, нужно отдать должное умению фехтовать барону, но и приуменьшать роль Ласло в этом плане не стоило. Случись, встретиться им в мирное время на турнире, может быть, поединок закончился бы вничью. Но сейчас речь шла о мести, которая придавала графу силы и барон, почувствовав это, стал терять способность к нападению. Он только оборонялся и с каждой минутой понимал, что его шансы выжить в затянувшемся поединке, катастрофически тают.

Тяжело вздыхая, он оперся саблей о землю и опустился на одно колено, давая уняться боли в раненной ноге.

– Граф, – прохрипел он тяжело, – одну минуту. Я прошу только одну минуты для передышки…

– Четверть минуты, – произнес Ласло.

– Так мало…

– Этого времени тебе будет достаточно, чтобы сделать последний вздох.

Сабля графа, со свистом пронеслась в воздухе. Со всей силы и с оттяжкой рубанул он по шее барона. Отсеченная голова глухо ударилась о землю и, прокатившись немного, остановилась. В открытых, но уже мертвых глазах, застыл ужас. Два шрама от удара перстнем заметил Ласло на неподвижном лице барона, третий удар саблей оказался для него роковым.

Михал присел на землю и, сорвав пучок травы, отер саблю. В сотне шагов от него послышался стук конских копыт и, повернув голову, он заметил бежавшего к нему Бората, отчаянно размахивающего шапкой.

Ласло слабо улыбнулся и откинулся спиной на траву. Высоко в небе он заметил маленькую точку и, услышав трель жаворонка, глубоко вздохнул полной грудью.

«Какое чистое небе, не единого облачка. Кругом так тихо, как будто нет войн. Как в детстве. Хорошо там было, никаких забот, только рядом родные мама, отец…»