В поселке, кажется, спали все. Догорал костер, под бревном лежал, свернувшись калачом, Чебурах. И пленники спят, Пророк вон даже храпит в бороду. Стало досадно: Пригоршня один проснулся, за всех переживает, несправедливо! Надо разбудить Василия, чтоб тоже понервничал в ожидании жертвоприношения, да и остальных двоих, пусть встают и начинают бояться. Он шагнул к бородачу, чтоб пихнуть того ногой, но услышал тихий скрип и повернулся.

Звук донесся от дальней клетки. Не той, в которой куковали Тоха с Химиком. Пригоршня сощурился, и в ритмично нарастающем и гаснущем сиянии «прорвы» разглядел, как медленно раскрылась решетчатая дверца. На землю спустилась одна босая нога, другая.

Из дальней клети наружу выбрался Красный Ворон.

– Етить твою аномалию! – прошептал Пригоршня изумленно.

В соседней клетке Химик, усевшись, повернулся. Значит, не спал гипер – очень уж быстро сел, такое впечатление, что он давно наблюдал за наемником, который непонятно как потихоньку вскрывал замок. Ведь наверняка «дикие» его обыскали, чем же он работал?

Молодые гиперы продолжали спать. Как и странники. Красный Ворон подошел к клетке Тохи и Химика, встав у дверцы, снова заскрипел. Звякнуло, треснуло. Василий Пророк заворочался во сне, проворчал что-то. Пригоршня, зыркнув в сторону поселка, побыстрее подошел к нему, нагнувшись, зажал рот. Василий дернулся, глаза раскрылись.

– Тихо! Наемник выбрался, не шуми!

Пророк поморгал, кивнул, и он убрал ладонь.

Закончив с замком, Красный Ворон приоткрыл вторую дверцу.

– Тоху осторожно будите, – прошептал Пригоршня. – Ворон, а как ты смог… ага, я понял!

– Всем молчать, – негромко ответил Ворон, подходя к их клетке.

– Молчу, конечно, молчу. Но я понял, понял!

Он заметил, что наемник больше не хромает. Вообще. И плечи у него уже не перекашиваются. А потом, увидев в руках Ворона заточку, просек и остальное. Такой простой трюк – но с помощью него удалось обмануть «диких», пронести с собой заточку. И если та вымочена в «сиропе», сделавшем ее сверхтвердой, то расковырять ею замок нетрудно.

Химик разбудил Тоху, шепотом объяснил ему ситуацию, и они полезли наружу. Ворон раскрыл дверцу третьей клетки, Пригоршня сел на краю, свесил ноги, сзади к нему подошел Василий Пророк.

От поселка долетел звук шагов, и Красный Ворон быстро присел. Между киосками появилась Лита, остановилась возле «домика смеха», глянула в сторону забора. Все затаили дыхание. Им повезло – сияние «прорвы» как раз почти угасло, девчонка ничего не заметила. Бесшумно приоткрыв дверь, она скользнула внутрь обиталища Ментора.

– Зачем она туда пошла? – спросил Тоха, поджав губы.

– Главное, что не сюда, – возразил Пригоршня.

– Но зачем? Я думал, она честная девушка, просто замороченная ересью…

– Быстрее уходим, – прервал Ворон. – К тем деревьям.

Пригоршня, за ним Василий спрыгнули на землю.

– Нужен рюкзак мой, – сказал Пророк.

Красный Ворон уже спешил вдоль забора, но тут от дальней клетки донеслось жалобное ууканье и тихое призывное шипение.

– Тихо вы там, волосатые! – всполошился Пригоршня. – Химик, скажи им!

– Как? – удивился тот.

– Ты с ними теперь одного племени! Пусть заткнутся!

Все остановились, когда юный гипер зашипел громче, прижимая к себе самку и дергая прутья.

– Их тоже надо освободить, – пожал плечами Химик.

– Зачем? Хотя – да, иначе всех перебудят, – согласился Пригоршня. – Ну и так просто, жалко.

Ворон бегом вернулся к клетке гиперов. Остальные присели, на корточках заковыляли дальше вдоль забора, но Пророк вдруг пробурчал что-то и, низко согнувшись, бросился к поселку.

– Борода, куда?! – ахнул Пригоршня.

Василий Пророк добежал до круглого домика, двигаясь на удивление бесшумно, вытащил из небольшой кучи сваленной там поклажи свой рюкзак и, прижимая к груди, поспешил обратно.

– Вот ты какой… – пробормотал Пригоршня, когда бородач оказался рядом. – А наши стволы почему не захватил?

– Их там не было, – возразил тот, ковыляя дальше вместе со всеми. Ткнул пальцем за спину и добавил: – Как бродяга из клети высвободился?

– Да он заточку на ступне закрепил. Круто, а? Наверное, рукоять стесал, чтоб стала плоской. Заточка тоже плоская, если повернуть жало так, чтобы оно прижалось к пятке, а рукоятку уложить между пальцами… Он поэтому и хромал.

– Выходит, Ворон специально попался диким, – добавил двигающийся впереди Химик, – заранее раздевшись и разувшись, чтоб было видно, что на теле нет оружия. Они его обыскали, но ступни посмотреть не догадались. Они ж не профи.

– Значит, бродяга пришел, чтобы помочь нам? – спросил Тоха.

– Да, он рискнул, и рискнул сильно.

Сзади скрипнула дверца, и гипер-самец выпрыгнул наружу. Обернулся, подхватил самку, поставил на землю. Помедлил и вдруг, протянув руку, благодарно ткнул Красного Ворона кулаком в плечо. Потом парочка бросилась прочь вдоль забора.