– Какие зоны-сплетения-монстры? Я тебе вот что скажу: эти парни, что склепали твой переводчик, до ума его нифига не довели. Монстры, эх… спасу нет от монстров последние дни, со всех сторон монстры, задолбали уже. Слушай, бразер Вил, а пространственные черви внутрь не пролезают? В пирамиду, в Ковчег то бишь твой?

– Черви, да! – возбудился Вил. – Снаружи опасность! Здесь черви почти не быть.

– Почти? Ладно, а кто с тобой «быть», бразер Вил? Сколько здесь людей, кроме нас?

Кисс присел на край койки, где лежал Химик, и объявил грустно:

– Никто нет. Один, совсем один.

– Все погибли, что ли? Ого, печально. И сколько ты здесь лет находишься?

– Пять года всего. Два года – один.

– Два года в одиночестве?! – схватился за голову Пригоршня. – Без женщин, без водки? Я б свихнулся давно!

– Свихньюлся?

– Обезумел. С ума сошел. Крыша улетела бы в голубые дали. А людей, которые были с тобой, черви убили или монстры эти, которые внизу?

– Человека червь убить. Часть.

– Не всех людей, только часть? А другая часть куда делась?

– Часть стать монстр. Люди как монстр. Дикий. Мозг, – Кисс положил ладонь на лоб, – менять. Стать бешеный. Как обезьян. Любить кровь.

– Обезьяны разве любят кровь? По-моему, ты пытаешься сказать, что часть людей из твоей экспедиции стала измененными. Так, а ну постой-ка здесь. Стой, говорю, возле койки, наблюдай за состоянием Химика, а я напарника проверю.

Трезубец со столика Пригоршня поднимать не стал, но пистолет на всякий пожарный переложил из кобуры в карман и снял с предохранителя. Обошел колонну. Ворон сидел под пультом на корточках, зажав голову руками. На миг накрыло уже привычной иллюзией – это не человек, а хищное существо съежилось на полу, сейчас вскочит, прыгнет навстречу, вцепится в горло… Пригоршня моргнул и увидел, что перед ним старый знакомый, коротышка-наемник. Ампир.

– Ну, ты как?

Красный Ворон поднял голову. Лицо у него было серым, под глазами мешки, а в глазах голод.

– Что, прихватило? Ам-ам охота?

– Уйди, – попросил Ворон.

– Точно? Может прям щас врезать дать тебе по башке да связать? Во избежание.

– Уйди, я справлюсь.

– Ну, давай, справляйся, а то хозяина напугаем.

Вернувшись, он спросил:

– Слушай, бразер Вил, у меня еще важный вопрос. На самом деле, их много, но с этим твоим переводчиком особо не наспрашиваешься. Так вот: кто этот Ковчег склепал?

Вил Кисс вопросительно глядел на него.

– Что, никак? Эх, не умею я четче формулировать. Так, ладно, тогда совсем просто: кто построил Ковчег?

– Другие. Чужие.

– Э, бразер, такое сказать, все равно, что в воду пукнуть. Кто конкретно построил ковчег?

– Альфары. Прежние. Старые. Древний люд.

– Древний, ага. Ной, что ли, какой-нибудь? Или наши доисторические предки? Брось, это были волосатые чуваки с дубинками, они такую махину не отгрохали бы. Альфары… что за альфары еще? Не знаешь ты, короче, да? Мог бы и разведать, ты здесь, как говоришь, два года уже сам, а всего пять лет, что ж не изучил все сверху донизу? Кстати, то-то я и смотрю, вид у тебя слегка безумный. Это от одиночества. Так ты все это время сидишь здесь в котловане и не можешь выйти? Из Слепого Пятна наружу – никак?

Вил Кисс послушал перевод, помолчал и спросил:

– Хочу знать. Как ты пришел сюда? Ты трое, как пришел гости в Ковчег?

– Как мы проникли в Слепое Пятно? Ясное дело, через пространственную складку, а как же еще. Говорю же, про чертово колесо ты все равно не поймешь, я не смогу хорошо объяснить.

Кисс надолго задумался. Покачал головой – не въехал, значит. Прежде, чем он снова принялся расспрашивать, Пригоршня задал свой вопрос:

– А базу на берегу кто отстроил? Твоя экспедиция вообще откуда?

Химик на постели зашевелился, и они посмотрели на него.

– Вроде потихоньку приходит в себя, – заметил Пригоршня. – Так я повторяю вопрос: ты сюда прибыл с экспедицией? Откуда вы? Откуда вы приехали? Что вы за организация? Контора какая? Ведь не ООН?

– Юнайтед Нейшн – нет.

– А кто?

– Не мочь говорить. Секретность.

– Какая еще секретность?! – возмутился Пригоршня, достал пистолет и показал хозяину.

Вил Кисс, вздрогнув, быстро покосился на стол. Пригоршня еще раньше заметил, что рядом с тем на алюминиевом стуле лежит карабин «Стоунер», такой же, как он нашел возле вездехода. Но брать его не стал. Кисс этот – худосочный парень интеллигентного склада, справиться с ним можно одним мизинцем левой ноги, и незачем для этого размахивать стволами.

– Слушай, бразер Вил, – проникновенно заговорил он, убирая пистолет в кобуру, – я с тобой конфликтовать не хочу. Мы друзья по проблеме, чего нам ссориться. Стоим посреди какой-то охрененной фантастической штуки, вокруг кишат пространственные черви, ты здесь два года как Робинзон Крузо кукуешь… и до сих пор секретность блюдешь? Ведь тупо это. Вот я, например, с Периметра, из Комплекса Защиты номер один, солдат я. Ну, теперь-то можно сказать уже бывший солдат. А ты?

Когда он замолчал, переводчик еще долго нашептывал на ухо Киссу, а тот застыл, слушая, черные брови на смуглом лице медленно поднимались все выше. Потом сказал: