С таким голосом можно легко завораживать окружающих. Прямо как хозяин балагана.

Плечи незнакомца обтягивала лоскутная куртка. На первый взгляд она казалась потрепанной и жалкой, но Лена не зря столько времени изнывала от скуки за шитьем. С курткой все нормально, а заплаты наставлены намеренно. Грязный галстук виднелся в открытом вороте рубашки, а из обрезанных черных перчаток высовывались загорелые пальцы.

Но не это привлекло внимание Лены. Один глаз мужчины закрывал медный окуляр на кожаном шнурке, а рот – кожано-медная полумаска. На виду оставался лишь пронзительный серый глаз. Волосы незнакомца были того же темно-рыжего оттенка, что и у первой женщины.

– С гостями? – переспросила Лена, стряхивая с себя оцепенение. – Ваше гостеприимство оставляет желать лучшего. Кто вы? Что вам от меня надо?

– Вы же хотели встретиться с Меркурием? – развел руки незнакомец.

У нее перехватило дыхание.

– Меркурий? Вы – Меркурий?

– А вы, моя дорогая мисс Тодд, весьма удивительная штучка. – Мужчина рассеянно поглаживал густые каштановые волосы Ингрид. – Это одна из наших голубок, – прошептал он своей подруге. – Протеже находчивого мистера Мандевиля. Весьма изобретательна. Она воплотит в жизнь наш подарок скандинавскому посольству.

Его поведение, веселое поддразнивание… Лена заскрежетала зубами. Ее похитили, а ведь она пришла бы добровольно, стоило только попросить. Уилл бы сейчас сидел в Логове, ужинал с другими членами ее семьи.

На глаза навернулись слезы. Плевать на похвалу, плевать на все это дело. У Лены осталось лишь горе.

– К чему столько загадок? Ваши люди могли просто попросить меня прийти. Одно упоминание вашего имени – и я бы не сопротивлялась. – Она сердито посмотрела на Мендичи. – Вы уничтожили экипаж моего опекуна, вырубили лакеев, и… навредили моему другу. А теперь считаете, будто я могу испытывать к вам какое-то расположение?

Меркурий замер, его улыбка пропала. Он посмотрел на Мендичи, будто ожидая объяснения.

– Ее опекун – кровосос, – презрительно ответил Мендичи. – Если бы смог, я бы разгромил все его красивые экипажи. А твой так называемый друг, дорогуша, явно не человек. Иначе не справился бы с Перси и не прошел по тросу так быстро. Я ей не доверяю.

– Однако ожидаете, что я буду доверять вам, – не унималась Лена. – Я больше в этом не участвую. Я думала, что гуманисты хотят равенства. Но нет. Вы хотите перевернуть с ног на голову социальный порядок, подмять Эшелон и голубокровных под себя. Сделать их рабами.

– Убить их! – рявкнул в ответ Мендичи.

– Они не все жестоки. Я знакома с теми, кому доверяю, они настоящие герои. Мой зять – сам Дьявол Уайтчепела и считает своих людей семьей. Мой опекун так же любезен и заботится о своих трэлях…

– Видите? – крикнул Мендичи Меркурию. – Она поддерживает чертовых кровососов! Бьюсь об заклад, еще и спит с ними. Мне кажется, ежели мы найдем тело того мужика, то выяснится, что он на первой стадии жажды. Ему явно пришелся не по нраву крикун…

Лена в ярости повернулась к мерзавцу и стиснула кулаки:

– Уилл не голубокровный, грязная свинья! Будь у тебя хоть половина его смелости…

– Довольно! – рявкнул Меркурий, отошел от стены и бросил мрачный взгляд на Мендичи. – Кажется, я приказал тебе с подручными поесть и лечь спать. Зачем ты здесь?

Мендичи скрестил руки на широкой груди:

– Кой-кто уже задает вопросы о ваших недавних приказах. И о снисходительности к последним пойманным кровососам.

– Ты сомневаешься во мне? – елейно прошептал Меркурий.

– Мне и моим людям эт не по нраву. – Мендичи нахмурился и поднял механическую руку. – Вы обещали дать нам отомстить. За адские анклавы. Мы не за просто так рисковали шкурами и теряли друзей, пока вырывались оттуда. Я хочу крови упырей. Хочу увидеть их головы на пиках. – Он указал пальцем на Лену. – Почему она так важна?

– Потому что она может попасть туда, куда нам проход заказан.

Мендичи угрожающе шагнул вперед, опустив руку, а потом поднял ее снова, но уже с пистолетом.

– Поговаривают, ты размяк, Меркурий. Мы тут с парнями перетерли…

Раздался выстрел. Во лбу у Мендичи появилась красная дырка, и он, разинув рот, медленно упал на спину. Звяканье металлических пластин на камзоле ударило по нервам Лены.

Она отшатнулась, врезавшись спиной в стену. В комнате все застыли, а затем обернулись к рыжей, сжимавшей дымящийся пистолет.

Ее заляпанные чернилами руки даже не тряслись, когда она опустила оружие. Поджав губы, стрелявшая приказала Ингрид:

– Избавься от него, и пусть остальные поймут, что мы сделаем с теми, кто поговаривает о мятеже.

Та затушила сигару и вскочила. Лена только сейчас поняла, какая Ингрид высокая. Выше Меркурия с широкими плечами, переходящими в узкую талию. Только изгибы соблазнительных грудей и бедер отличали ее фигуру от мальчишеской.

Ухватив Мендичи за руку, она забросила его себе на плечо с такой же легкостью, как сделал бы это Уилл.