младшие птенцы спасают старших от голодной смерти.

Все совы, за исключением, может быть, только

некоторых подвидов домашнего сыча, насиживают с первого

яйца. А также чайки, соколы, ястребы, коршуны, луни и

орланы.

Гнездо болотных сов, говорит Оскар Хейнрот, найти

можно на болотистых полянах. Оно «выглядит издали, как белая

кегля. Голова старшего птенца образует вершину; другие

птенцы — один меньше другого — прижимаются к нему со

всех сторон. В сплошном комке пуха их сначала даже и не

разобрать. В целом гнездо похоже на заплесневевшую

торфяную глыбу».

Голубка, отложив первое яйцо после обеда, ближе к

вечеру, стоит над ним, «прикрывая его так, что оно не видно

снаружи и не очень стынет». Потом ее сменяет на этом

посту голубь. Через день в гнезде у них уже два яйца. Тогда и

начинается настоящее насиживание. Поэтому оба голубенка

появляются на свет почти одновременно.

Певчие птицы тоже первые три яйца не насиживают,

потом немного обогревают их и откладывают еще два яйца:

из них птенцы выходят чуть позже, чем из первых трех.

У поганок и пастушков метод тот же. А когда из первых

яиц выйдут птенцы, один из родителей уводит их, а второй

«досиживает» остальные.

Утки, куры и их родственники высиживают и водят

птенцов без самцов.

Вот здесь, говорит Оскар Хейнрот, «безусловно

необходимо, чтобы все птенцы появились на свет одновременно».

Поэтому и кряква, и рябчик первые яйца «откладывают еще

на сырую землю и прикрывают их тотчас же травой. Они

приходят к гнезду каждый день. Снесут новое яйцо и уйдут.

Но в каждый последующий день задерживаются на гнезде

дольше, чем в предыдущий. Когда последнее яичко ляжет в

несложное гнездышко, садятся и насиживают

по-настоящему. Поэтому все одиннадцать—тринадцать утят кряквы

вылезают из скорлупы почти в одно время: за два часа все

успевают сделать этот свой первый шаг в жизнь.

Певчие птицы и дятлы сидят на яйцах 11—13 дней,

(но скворцы и дрозды — 13—15), вороны — 18—20, чайки —

24—28, мелкие соколы — 30, гуси — 28—30, аисты — 30—

35, лебеди — 35—40 дней, африканские страусы — 6 недель,

грифы — 7—8 недель и эму — тоже 8! Наверное, потому они

сидят, 4?прохлаждаясь», на яйцах так долго, что в

Австралии, где эму водятся, нет опасных для них хищников

(вернее, не было миллионы лет, пока не появились там люди и

собаки динго).

Императорские пингвины в Антарктиде (зимой, когда

очень холодно!) согревают, держа на лапах, свое

единственное яйцо 62—66 дней.

Но и этот рекорд побит королевским альбатросом. Он

насиживает — тоже, кстати сказать, единственное яйцо — во-

семьдесят дней!

Разделенное бремя

Нередко бывает у птиц, что только самки насиживают и

водят птенцов. Иногда лишь самцы (о них я уже говорил).

Но часто самцы и самки это нелегкое бремя по-разному

делят между собой. Хищные птицы например: у них

насиживает обычно самка, а самец приносит ей добычу. Она рвет

ее и кормит птенцов.

Черная дроздиха тоже насиживает бессменно. Но дрозд,

как згвидит, что птенцы уже вывелись, сейчас же начинает

летать к гнезду с клювом, полным дождевых червей.

Отдает их самке. А она наделяет ими алчно раскрытые рты

птенцов. Когда птенцы подрастут, то и самец сам их кормит.

Через неделю они оперятся, тогда за кормом летают уже

оба — и папа, и мама.

Голуби поделили родительские заботы так: самец

насиживает с утра до вечера, а голубка ночью. Если встре-

тит голубь свою голубку не на гнезде, сейчас же летит в него

и садится, «хотя время смены еще не настало». Но если

подруга погибла, то он сидит бессменно дня два, а потом,

гонимый голодом, бросает гнездо навсегда. У голубей не

принято, как у певчих птиц и попугаев, кормить

насиживающего партнера.

Дикие голуби за лето выводят птенцов не один раз