Задержать, выиграть время. Дать в го-

роде укрепиться. А из города телеграммы:

— Держитесь! Шлем помощь!

Дмитрий знал — помощи не будет. Неот-

куда ее ждать. Петрухин, Соломон и Франц

на востоке. Антон Носов сдерживает по-

реке идущих из степей казаков. Нет, помощи

не будет.

— Товарищи, помощь обещают, но луч-

ше на нее не надеяться. Держаться самим

надо.

По рядам гулко:

— Продержимся!

С западным отрядом — Вера Гневенко.

В руке винтовка. Через плечо сумка с бинтами

и марлей, пузырьками и ватой. Вместе с

отрядом, шаг в шаг, пять дней и пять ночей.

Под самым огнем перевязки делает. Любовно,

осторожно. Каждый красноармеец — сын

родной.

Ни устали, ни голода, ни страха.

— Товарищ Вера, вы бы отдохнули.

Даже не взглянет. Только головой трях-

нет:

— Некогда!

У Веры чудесный голос.

— Это есть наш...

Током электрическим бежит по рядам.

— Ура! Это есть наш последний и ре-

шительный бой!

Трепещется красное знамя в руках у

Веры. Мягкими складками облегает маленькую

стройную фигуру. Восторгом охватывает грудь

и непередаваемо чарующе звенит нежный

девичий голос:

— С Интернационалом...

— Ура! Воспрянет род людской!

– -------

Две колонны чехов обходят отряд с обоих

флангов.

Дмитрий стукнул прикладом.

— Эх, пропало все. Не выдержим!

Ночью взорвали полотно. Зажгли стан-

цию.

Ярким огненным столбом взметнулось

пламя, освещая путь отходившему отряду.

Отступали в полном порядке. У моста через

реку остановились.

Пароход медленно спускался по Иртышу.

На мачте красный флаг. С обоих бортов по

четыре пушки. Между пушек пулеметы.

Когда особенно наседали казаки, шедшие

по обоим берегам, пароход бросал якорь и

огрызался обоими бортами. Казаки задер-

живались, и отряд Антона Носова уходил

вперед.

Преследуемые в упор, шли почти без

отдыха.

Угрюмо встречали в прибрежных стани-

цах. Не оказывалось провианта для людей,

фуража для лошадей. Не было подвод.

Долгих разговоров не вели.

Пароход останавливался против станицы,

нащупывал жерлами пушек шатровые пяти-

стенники. Тотчас появлялся провиант, фураж.

Гнали подводы.

У Черноречья казаки глубоким обхватом

зашли вперед. Выгнали всю станицу в степь.

Подошедший отряд Антона Носова располо-

жился в пустых избах. Ночью станица пылала

с обоих концов. По красно-багровым улицам

бежали группами красноармейцы. Носились

огромными черными тенями казаки, в зареве

пожара похожие на сказочных чудовищ.

У церкви десяток людей, во главе с Ан-

тоном Носовым, потонул в казачьей волне.

К городу подошли одновременно все три

отряда.

С востока — Петрухин и Франц, с запада —

Дмитрий Киселев, по Иртышу— отряд Антона

Носова.

Но не было самого Антона и не было

Соломона Лобовского.

В исполкоме густой табачный дым. Всюду

пулеметы. Кучами лежат пулеметные ленты.

У стен беспорядочно приткнуты винтовки.

Люди входят, выходят.

Делают доклады Петрухин, Киселев, Вера

Гневенко.

Андреич, председатель, спрятал горе в

глубоко сидящих глазах.

— Товарищи, почтим память павших!

Стоя с непокрытыми головами, пели:

— Вьі жертвою пали в борьбе роковой...

А надо всеми глубокой тоской и слезами

исходил голос Веры, Соломоновой невесты.

_____

Уходили на пяти пароходах. В голове —

с войсками. За ним —с грузом. В середине—

семьи уходящих. Потом — опять с грузом.

И сзади, прикрывая колонну, опять с армей-

цами и пушками.

К пристани подходили последние силы.

С сердитым гулким ревом носились по опу-

стевшим улицам ощетинившиеся по бортам

грузовики.

Твердой, четкой поступью тяжелых ног, с