Шеф всегда лояльно относился к Наталье, а после жуткой истории с похищением, казалось, они втроем – шеф, коммерческий директор и она – стали друг другу роднее, поэтому всегда очень тепло, по-родственному относились друг к другу. Не расспрашивая ни о чем, начальник отпустил Наталью.

Она понеслась в небольшое кафе-ракушку за ЦУМом, в котором была назначена встреча с Кирой. Через полчаса Наташа была внутри, за столом. Она заказала кофе и с тревогой стала поглядывать на дверь, в надежде скорее увидеть родное лицо.

И это лицо ей не понравилось, когда Кира оказалась в проеме двери. Наталья махнула ей рукой. Кира направилась к столику, бухнула на поверхность стола свою сумочку, и если бы Наталья не успела выпить свой кофе, то на скатерти обязательно образовалось бы темное пятно от разлившейся жидкости.

– Что с тобой? Я тебя никогда такой не видела? – с тревогой спросила Наталья.

Глаза Киры наполнились слезами.

– Я пропала. Просто пропала.

– Успокойся! Да уже говори, в чем дело? – протянув Кире чистый носовой платок, спросила Наташа.

– Мне . . . надо сделать аборт, - чуть слышно прошептала подруга.

– Ты что?! С ума сошла, что ли? Какой аборт? И думать не смей!
– возмутилась Наталья.

Глаза наполнились слезами от воспоминания о том, что два ее ангелочка живут теперь на небе, и никогда не будут топать ножками по прекрасной Земле.

– Я не могу рожать. Это позор для всей моей семьи! Они меня всегда воспитывали правильно, родители - самые уважаемые люди в селе. Ты представляешь, если я принесу в подоле?

– Ты – дура!
– резко оборвала ее Наталья. – При чем тут это? Сейчас разговор идет о твоей жизни и малыше, который ДОЛЖЕН родиться здоровым.

– Наташа, я не могу его родить! – с отчаяньем вскрикнула Кира.

И слезы потоком брызнули из глаз.

Наталья передвинула стул поближе, и обняла подругу, как бы укачивая.

– Глупенькая, радоваться надо. Бог тебе послал ребенка, а ты тут решаешь, как от него избавиться, лишь бы твоя семья не потеряла репутацию. При чем все это? Скажи! Тебе, слава Богу, не шестнадцать лет, а уже третий десяток на исходе. Может случиться так, что никогда больше после совершенного греха, который ты собираешься взять на свою душу, у тебя не будет детей. Любая женщина – это, прежде всего, МАТЬ. Мы для чего приходим в этот мир? Чтобы оставить потомство, чтобы радоваться детям. Чтобы оставить после частичку себя. Ты об этом подумала, подруга? Я не позволю тебе наделать глупостей.

– Нет. Я не могу родить этого ребенка, и все тут. Люди начнут тыкать пальцем и шептаться за спиной.

– Да кому какое дело? Пусть живут своей жизнью и занимаются своей моралью. Нет, так дело не пойдет. Пойдем, прогуляемся. Здесь не место, чтобы решать такой важный вопрос.

Кира кивнула головой. Несчастье было написано на ее лице. А еще отчаянье.

Наташа расплатилась за кофе, и они вышли в просторы парка. Медленно пошли по бульвару, мимо раскачивающихся на цепях скамеек, мимо галдящих деток, мимо болтающих мамочек, мимо сидящих стариков, которые добрым взглядом провожали детей.

– Ты видишь, Кира, вот в чем заключается жизнь. Посмотри вокруг. Вот оно, счастье.

– Тебе легко говорить . . . – и вдруг осеклась.

Наталья проглотила комок, застрявший в горле.

– Ты сама знаешь, что легко мне никогда не было. У моего Богдана тоже нет отца. И двоих детей я тоже потеряла.

– Извини, - прошептала Кира.

– Да, ладно, ничего. Что, я не понимаю что ли, какие кошки скребут у тебя на душе. Послушай. Мы преодолеем все. Мы вместе, слышишь? вместе выпутаемся из этой ситуации. Ты родишь здорового малыша. Воспитаешь его. Вырастишь в любви. А спустя множество лет скажешь мне «спасибо», что уберегла тебя от непоправимой ошибки. Так и будет, верь мне! Сейчас ты успокоишься и начнешь думать о том, что только ты сама ответственна за свою судьбу. Поняла?

Кира кивнула.

– Но, что же мне делать? Как сказать родителям?

– Давай зайдем с другого конца. Отец ребенка в курсе происходящего?

– Да. Но он на мне не женится.

– Он женат?

– Нет. Но четко дал мне понять, что отказывается брать ответственность за нашу судьбу.

– Так! Тогда флаг ему в руки и на шею барабан. Обойдемся. Свое дело он уже сделал. Это случайно не . . .?

И Наташа посмотрела в глаза Кире.

– Да, это Оскар, друг студенческих лет. Но, видимо, любовь была обманом.

– Вот и пусть катится ко всем чертям, - ответила Наташа. – Ты пообещаешь мне здесь и сейчас, что никаких глупостей делать не будешь. Ты родишь этого ребеночка, а я стану его крестной мамой, и мы вместе будем растить его. Обещаешь?

– Да, - сказала Кира, - и бросилась на шею Наталье.

– Вот и славно! А теперь дышите глубже, мамочка! Пойдем, здесь недалеко центральная аптека. Мы с тобой сейчас купим самые лучшие витамины для нашей будущей мамочки, чтобы у нее родился крепкий, здоровый ребенок. Кстати, сколько у нас там недель? – с любовью проведя по животу Киры, спросила Наташа.