Подняв глаза, он встретился со мной взглядом и испустил раздраженный вздох.

–

Хорошо, я разжую, Кейси. Во-первых, друг – это человек, с которым тебе приятно

проводить время. Тот, к кому ты хорошо относишься, кому доверяешь…

– Пошел ты, – сказала я, ехидно усмехнувшись и вновь сложив руки на груди.

–

Ее арестовали, – засмеялась какая-то девушка, – а она до сих пор считает себя выше

всех. Какого дьявола?

У меня перехватило дыхание, когда я услышала фырканье и смешки, зазвучавшие вокруг в

результате реакции на ее слова.

Все знали?

– Мы получили жалобу о шуме!

Я подпрыгнула, обернувшись кругом, и увидела двух полицейских в черной униформе,

стоявших возле открытых ворот.

Разговоры утихли, люди подняли головы, разглядывая офицеров.

Проглотив ком, вставший в горле, почувствовала, как на лбу выступил пот. Мы с Шейн,

будучи несовершеннолетними, находились на вечеринке с доступным алкоголем. Мать от меня

отречется, если получит еще один звонок из полиции.

Или, может, они просто разгонят вечеринку. Хмм… меня бы это устроило. Шейн окажется в

безопасности, я избегу проблем.

–

Привет, – поприветствовал их Джекс, после чего вернулся к своей работе. Я

прищурилась, наблюдая за манипуляциями его длинных пальцев.

–

Ладно, можете тусить дальше. – Один из копов махнул присутствующим, хохотнув над

собственной шуткой. Остальные последовали его примеру, засмеявшись, и снова завели свои

разговоры.

– Привет, старик. – Тот же коп подошел к столу и пожал Джексу руку. – Я привез Тима,

чтобы взглянуть на Эво. – Он указал большим пальцем себе за спину на молодого офицера.

Джекс ответил беспечно, дернув подбородком:

– В гараже. Проходите.

Полицейские отошли в сторону, не обращая внимания на пьющих алкоголь

несовершеннолетних ребят, забитую машинами улицу, которая должна представлять опасность в

случае пожара, и громкий шум, доносившийся из дома.

Я повернулась к Джексу, совершенно сбитая с толку.

–

Что, черт возьми, происходит? "Многое изменилось, Джульетта."

"Да уж, не то слово", – подумала я. Джареду выписывали один или два штрафа за жалобы на

его шумные вечеринки. Почему Джекс их не получал?

Он прекратил возиться с инструментами и склонил голову набок, рассматривая меня. Его

взгляд скользнул вниз по моему телу, от обтягивающей розовой майки к коротким шортам Тэйт.

Внезапно смутившись, я заправила волосы за уши, затем засунула руки в карманы, избегая его

внимательного взгляда.

Однако, когда Джекс протянул руку и высвободил прядь волос из-за моего уха, я резко

вздохнула.

– Все и так было идеально, – его голос прозвучал хрипло, словно у него во рту пересохло.

Он смотрел мне прямо в глаза. Клянусь, я получала кайф от его близости. Я желала, чтобы

Джекс не смотрел на меня. Желала, чтобы он не выбивал землю у меня из-под ног каждый раз, когда

мы оказывались рядом.

Бросив деталь на стол, Джекс произнес громко:

– Разойдитесь на минуту. Освежите свои напитки пока.

Все парни оставили свои игрушки, остальные поднялись со стульев, ножки которых

заскрипели по уложенной плиткой дорожке. Глянув в сторону, увидела удалявшуюся Шейн. Она

наблюдала за мной, приподняв брови, и облизывала губы, пряча улыбку.

Что это значило?

Я развернулась, тоже намереваясь уйти, однако Джекс схватил меня за руку.

– Останься.

Потом отпустил, обошел вокруг стола, встал передо мной, опершись на столешницу, и сказал:

– Ты помнишь нашу первую встречу? – Его мягкий голос напоминал шоколад. – Я сказал

тебе, что

мне достаточно лет, чтобы пошатнуть твой мир. Ты это помнишь?

Сглотнув, отвернулась. Да, я помнила. Я столько раз прокручивала у себя в голове тот

разговор.

Как он пожирал меня взглядом тем вечером. Как хотел подвезти меня домой. Как я,

проигнорировав звонки Лиама, уснула с мыслями о новом мальчишке, появившемся в нашем городе.